Войти
Вход на сайт
Вход через социальную сеть

Поверь мне, братец Гриша!

 Широкая и довольно протяженная балка, поросшая густым травостоем, заканчивалась. Я шел по самой низине правого склона и уже видел, как Федор Климентьич, стоящий у края, переломил ружье, сунул его подмышку и с безразличным видом дожидался подхода остальных.

 - Такая балка и ничего, – сокрушенно поделился он со мной, когда я был уже рядом. Федор Климентьич стоял на номере. Пятое или шестое поле, где мы основательно «били ноги» с раннего утра, в надежде хоть что-то поднять, и эта балка, где, по утверждению бессменного спутника моих  охот на русака  Алексея Александрыча, заяц обязательно будет, увы, не оправдала ожиданий.

 Цепь приближалась. Вдруг привычную тишину нарушила ружейная пальба. На вершину балки, прижав уши, несся огромных размеров русак, а вслед ему торопливо посылались очередные порции свинца. Наконец, лопоухий успешно завершил бег с «препятствиями», миновал последнего стрелка, смотрящего долго ему вслед, и скрылся на самой верхотуре. Комичность происходящего усиливалась тем, что лежка, откуда сорвался заяц, была в нескольких метрах от Федора Климетьича. Зверек залег в горловине балки, мы шли навстречу ветру, поэтому он и лежал до последнего.

 -Нет, вы можете себе представить, я стоял рядом, а ему хоть бы что, – все еще не веря тому, что произошло, делился Федор Климентьич  со  всеми  подходившими, словно  коря себя за растяпистость. Александрыч  шел в центре гузыря, замыкая цепь, он то и подвел итог трагикомической сцены:

- Ну что, охотнички, пропукали зайчика! А я ведь вам что говорил: « Бу-де- т!».

    Глубокая досада переполняет и мою душу. Охота на зайца, здесь, в степных восточных районах,  пожалуй, самая распространенная и любимая среди рядовых охотников. Каждому хочется блеснуть сметкой, точной стрельбой, тем самым получить добрый заряд эмоций, впечатлений до следующего охотничьего сезона. Ждем остальных. Вот собираются почти все, о чем-то поговаривают. Кто-то достает термос, наливает крепко заваренный чай, делится с товарищем, тот, глотнув, предает крышку- стакан в другие руки, кто-то затягивается сигаретой. Заяц в броневом жилете, о котором говорили минуту назад – забыт.

 Яркое солнце слепит глаза, просвечивает стволы деревьев невдалеке  стоявшего пролеска. Я отворачиваюсь от солнечных лучей и прямо перед собой, на другом краю неба, вижу зависшую в половину диска  луну. Надо же, два таких мощных светила и рядом, наверное, нам в помощь. По небу тащится небольшое облачко, на ходу меняя свое очертание, вот сейчас оно напоминает форм у ковша, а вот его уже и нет. Все шагают наверх балки. На тропинке, под ногами, остатки нестаявшего снега, а на нем след – не то крупной собаки, не то волка, снег и грязь не сохранили четких отпечатков.  Смотрю на поле, посередине чуть  виднеются почерневшие от дождей неубранные валки, по сторонам  многие  участки, где некогда возделывались зерновые культуры, заросли травой. А ведь  прежняя система земледелия, которою так критиковали, способствовала больше, чем нынешний безлад в сельском  хозяйстве,  в увеличении поголовья диких животных.

 Обычно мы ездим в Юрьевский район, но на этот раз что-то не сложилось. Хорошо еще, что наш общий знакомый, пользуясь особым доверием у местного егеря,  договорился об отстрелочных карточках. Егерь же сколотил бригаду из селян  в помощь нам, просил не ударить в грязь лицом перед городскими. И они стараются приветить нас, как хлебосольные хозяева. Главное – ходить любят и делают это мастерски, приучены сызмальства. Тем не менее, на таких огромных массивах полей «вытоптать» русака, даже при его обилии, требуются определенная сноровка, чувство локтя, умение хорошо стрелять. Наш путь по полям напоминает форму подковы, не котла – замкнутого по окружности, а подковы. Фланги образуют, как правило, опытные, выносливые охотники. Центр подковы, так называемый гузырь,  занимают люди степенные, неторопливые, иначе говоря, в  возрасте. Цепь порой растягивается   на несколько километров,  при этом строго сохраняется четкость и стройность линий.

 Вот обирается вече, решается главный вопрос: куда идти дальше? Круг сжимается. Заброшенные сады прочесаны, на зеленях побывали, прошли два бывших зерновых массива. Так куда идти?

- Петрович, пора бы уже и глаз поправить, а то делов не будет, – слышится чей-то голос.

 Анатолий Петрович, учитель местной школы, не замечает высказанного предложения и  на правах руководителя охоты  ненавязчиво излагает дальнейший план. Логика его понятна и проста. Слева простирается озимое поле, обрамленное с одной стороны лесопосадкой, а поодаль тянется убранное свекловичное, наполовину изрезанное бороздами отвальной вспашки. Пройти предлагается не вдоль, а поперек, захватив лесопосадки, а потом  выйти по направлению к деревне.

- Там и пообедаем, и глаз поправим, кому надо, – заключает он.

 План подкупает тем, что путь пролегает через раннюю и глубокую пахоту, на которой мы еще не были. Во всяком случае, все соглашаются, понимая при этом, что « планов наших громадье» не учитывается зайцами. А тут еще погода. Небольшие морозы сменяются оттепелями, с дождями и мокрым снегом. Это накладывает отпечаток на поведение зверьков. Где найти потайные места их залегания?  – вопрос не такой уж простой. В вечной борьбе за свою жизнь серенький научился многому. На жирах, на  белой пороше одни хитрости: вздвойки, скидки, петли, как разобраться? – не всегда постижимо; на черной тропе – другие. Если хочет лечь, то подходит к этому основательно. Место лежки должно быть скрытным, сухим, затишным, а главное предоставить хороший обзор для отхода. Об этом немало говорено, написано в охотничьей литературе. Увы, поведенческая психология русаков часто меняется. Вспомнил, как однажды с приятелем выехали на вечернюю зорьку за село Вербки, шел перелет северной утки. Места здесь низкие, заболоченные – небольшие водоемы, русла старой речки, заросшие камышом, другой растительностью. Пока мы шли до водоема, один за другим, как мыши, срывались русаки с возвышенных мест и, шлепая по воде, на всех махах проносились мимо нас. А ведь рядом пролегала автомобильная трасса. Места лежки зайцев явно противоречили устоявшимся их же  правилам, но, как говориться, и  правила не бывают без исключения. Вот почему иной раз на охоте приходит на ум решение: отказаться от обоснованных предположений, «топтать» все подряд наобум Лазаря – авось, повезет.  

Анатолий Петрович дает последние наставления. Я решаюсь идти слева и непременно фланговым. Каковы шансы – известно одному Богу. Поперек полей, обрамленных посадкой, проходит дорога, а перед ней – широкая полоса густой травы. В таких местах заяц, обычно, ложится недалеко от углов полей и края дороги. Но это теоретически. Машины уехали на номера. Тороплюсь, и уже ушел довольно далеко от «гузыря».  

 Я уже миновал лесопосадку и приближаюсь к глубокому рву, непонятно зачем вырытому вдоль поля. Скорее всего, строители готовятся проложить трубопровод. Впереди, за рвом, чернеет зяблевый клин. Ухает один выстрел, затем другой. Оборачиваюсь, ничего не вижу. Справа едва заметной точкой движется фигура флангового с противоположной стороны, мы идем почти параллельно друг другу. И это радует. Наша сторона в низине, на фоне свинцового неба выделяются идущие охотники. Вдруг вижу, как по открытому полю ко рву катит заяц. Он останавливается, приседает столбиком, затем вновь пускается вскачь, подкидывая свой зад. Я уже нахожусь у рва, еле дышу, упал на травинку и наблюдаю за приближающимся русаком, стараясь отгадать дальнейший ход его действий: пробежит ли через ров, повернет ли направо, или… изо  рва заяц не выскочил, я бы увидел. Примостился на колено, положил на него ружье и жду. Наконец, по рву замелькали заячьи уши, вот он сбавил ход, хотя с каждым движением становится ближе. Не добежав метров двадцать, глубина рва пошла на убыль, косой заподозрил неладное, шарахнулся вверх, а после выстрела – растянулся на оттаявшей земляной насыпи.

 Сколько радости доставляют такие минуты, когда долгожданный трофей в твоих руках. Провожу по темной русачьей спине. Хорош! Заматерелый, вылинявший, в белых гачах, как говорят бывалые охотники, – заяц одел штаны. Отдаю должное серому зверьку за сметливость, ум и прочее другое. Что получилось так, не его вина, он сделал все, что смог.

 - С полем! – кричит догоняющий меня сосед, он широко улыбается, в голосе слышится  не скрываемое чувство легкой зависти, и я его понимаю.

Привычным движением стягиваю удавкой лапы и шею зайца переносным ремнем, забрасываю его через плечо, хватаю  ружье и выхожу на глубокую пахоту, миновав ров. Поле растянулось на несколько километров.  Идти тяжело. Сапоги тотчас утяжеляются в несколько раз, густо обрастая черноземом. « Дни поздней осени бранят обыкновенно, но мне она мила, читатель дорогой», - декламирую про себя, растягивая слова в такт шагам. Помогает. Настроение моментально поднимается, подхожу к краю загонки.

 Смотрю и не могу найти Федора Климентьича. Еще недавно видел его отдаленную фигуру в камуфляжной куртке,  широченной кепке, какие носили  раньше люди солидные, с положением. А-а, вон где!  Охотник встает с корточек, вскидывает ружье, стреляет. Ничего не могу понять:  под его ногами поднимается столб земляной пыли, и только тут  замечаю русака, убегающего вправо. У Федора Климентьича  в запасе еще патрон. На этот раз он сознательно, или допустив умелую нерасторопность, отпустил зайца на несколько метров от себя и нажал на спусковой крючок. После выстрела косой ткнулся мордашкой в черную роспашь.

 

Я подхожу и не скрываю радости за старшего товарища. А на нем лица нет. С морщин по лицу ручьями стекает пот, широченная фуражка едва держится на макушке головы. Думаю, может «поправил глаз», но тотчас отгоняю от себя эту мысль. Все объясняется просто, как говорят спортсмены, «перегорел» Федор Климентьич,  возраст- то его далеко за семьдесят, отсюда и нескрываемые эмоциональные всплески выдают лицо.

-Нет, ты можешь себе представить, – говорит он, часто дыша, и начинает рассказывать, как у его ног оказался заяц.

   Но вот  пройдено последнее поле. Толпятся мужички у машин, что-то достают, укладывают в рюкзаки добытую дичь. Зачехлены ружья, спрятаны патронташи. Привал!! Не на скорую руку, основательно. Место «засидки» выбирается с особой тщательностью. Наконец, всех устраивает – под ветвистым кустарником, где стелется густая, почерневшая от дождей, свалявшаяся трава. На большое покрывало, припасенное хозяйскими руками, как на Маланьину свадьбу, выкладывается снедь. Чего тут только нет: «осетры, семга, икра паюсная, икра свежепросольная, селедки, севрюжки, сыры, копченые языки и балыки, пирог с головизною, куда вошли хрящ и щеки девятипудового осетра, другой пирог – с груздями, пряженцы, маслянцы, взваренцы»; от себя добавлю: и многие другие деликатесы, что готовятся на подворье сельского охотника его заботливой женой, как на праздник провожающего любящего мужа. Рядом с высыпанными из пакета яблоками, желтели бананы, чернели картофелинами киви, радовали глаз другие заморские фрукты. Рассаживаются охотники. Вот негде приткнуться зазевавшемуся мужичку, качнулся, теснясь, нестройный ряд  полусидящих, полулежащих и … трапеза начинается. По традиции, предлагается выпить «на крови».

- Мне не наливайте, я не буду.

- Как?! «На крови» и не выпить! Это же традиция! В старину как говорили: « Нет денег, продай последнюю рубашку, а «на крови выпей». Нет, братец, так не пойдет! Налить Васильичу!

 Вот уже выпито и по второй и по третьей. Отмякли души, искрятся глаза охотников.

-А помнишь, как в прошлом году… отца и сына помнишь? Сын зайца

подранил. Заяц пробежит и садится. Парень вдогонку, пятки сверкают, а тот снова срывается. Надоело парнишке бегать и только ружье поднесет к плечу, а отец кричит: « Вова, смотри, шкурку испортишь!» Вова опять вдогонку за зайцем. Тот опять срывается. Парень хочет стрельнуть, а папа: « Вова, шкурку испортишь!» Короче, заяц очухался, да такого стрекача дал, что поминай, как звали. Парнишка подходит к отцу и его же голосом и с таким артистизмом: « Ну шо, папа!? Вова, смотри, шкурку испортишь! Догоняй теперь!»

Кто-то смеется, кто-то не перестает жевать.

- А-а, какие у нас  охоты? Заяц и тот в диковинку становится. Были б деньги, поехал бы с админ-хантером в Африку, вот там охоты!..

-Ну, поедешь, а Маню твою, кто будет обихаживать? На тот случай, если крокодил тебя сожрет.

- Не волнуйся, найдутся, мир не без добрых людей.

- Говоришь, Африка! Я тебе, братец Гриша, вот что скажу. Поверь моему жизненному опыту. В Африке я, конечно, не был, а вот в Корее, на Дальнем Востоке охотиться приходилось. Да, есть там много чего интересного, но поверь, лучше нашей охоты по зайцу, ничего нет.  Пусть толстосумы себя тешат, а по мне так…

- Стрелять не умеем, вот в чем беда. Сегодня сколько выпустили?

- Причем, здесь стрелять, Петрович, ты сам заячий след увидишь, сознание теряешь. Попридержать бы тех, кто по ночам на джипах, а-а!..

 И снова слышится: « А помнишь? А вы слышали?» Шум стихает, раскрасневшиеся ядреные  лица охотников, словно по команде, поворачиваются в сторону очередного рассказчика. Но всех не переслушать.

 Я встаю, медленно иду  к оврагу. Он пологий,  заросший по краям кустарником,  чуть ниже – камышом. По дну протекает вода, возможно, это русло старой речки,  края ее скованы льдом, на котором лежит потемневший, ноздреватый снег. Порыв ветра завихряясь  несет, переворачивает на отяжелевшем насте сухой дубовый листок. Еще дуновение ветра и лист перепрыгивает несвежий лисий след, строчкой убегающий  в прогалину камыша, продолжая свой путь к противоположному краю, там зияет черная полынья.

В стане оживление, кто-то отыскивающим взглядом смотрит в мою сторону, пора идти. В последний раз окидываю взглядом дремлющие поля, овраг, сиротливо примостившееся на его склоне  деревце яблони- дички, почему-то вызывающие ностальгические чувства.

 А было это недалеко от села Осадчего, что в среднем Приднепровье. Чудными для меня были и та пора, и те охоты...

     

                                                          

 

vlm
г. Вышгород
868
Голосовать
Комментарии (5)
Казахстан, Актобе
15114
СильнО! ***
2
Сумы
1159
Приятно было прочитать, как однако все знакомо.... +++
2
Тюменская область
72
Душевно. Видно, что не со слов, а пережито автором. Красиво изложено.
2
vlm
г. Вышгород
868
СПАСИБО! старым знакомым Кандагачу, Сокире.56 и новым - Михалычу72 - за прочтение материала и отзывы.
1
Деревенька у реки, Центральное Черноземье
440
Пятая *!
0

Добавить комментарий

Войдите на сайт, чтобы оставлять комментарии.
Наверх