Войти
Вход на сайт
Вход через социальную сеть

Гонка с преследованием, или как спаниель ходил за козой.

Не добежал бегун-беглец,

Не долетел, не доскакал,

А звёздный знак его Телец

Холодный Млечный Путь лакал…

       Есть в моей жизни некоторые обстоятельства, благодаря которым существование мое никогда не бывает скучным и неинтересным. Прежде всего это спаниель, Русский Охотничий, черно-пегий подружейный. А ещё есть дом в деревне, что расположена в 60-ти километрах от города. Совокупность этих обстоятельств даёт мне возможность охотиться в близлежащем охотничьем хозяйстве, а вне сезона совершать тренеровочные выходы в окрестности поселка, дабы спаниель не потерял физическую форму, да и мне полезно. Обычно мы начинаем эти выходы в январе, когда болото встанет (промерзнет), т.к. на пути нашего следования встречаются приболоченные места, а мокрый спаниель в зимнем лесу – это переохлаждение, упадок сил, угнетенная психика и проблемы со здоровьем.

       Как-то раз, года три назад, в конце зимы – в марте мы со спаниелем пошли на один из таких тренировочных выходов. Снега в тот год было много – нога по колено. Он был уже плотный, но до перекристаллизации было ещё далеко. Рубились по тропе, на целик почти не выходили. На подходе к Горе спаниель ломанулся вбок, поднял «транзитных» коз. Постоянно они в этих местах не держатся – мигрируют, перемещаются. Самих коз я не видел, а только их лежки. Спаниель шел по зрячим. Крутанулся вправо-влево, скрылся с виду. На команды уже не реагировал, ум отключился моментально. У коз между прыжками три метра, за спаниелем снежная канава, я за ним – вариантов нет. Надо спасать спаниеля, эти места лежат между трассой и железной дорогой, расстояние примерно километра два-три, никто не мерил. Если козы пойдут через трассу, спаниель ринется за ними, а там машины. Легко ли мне было шуровать по следу – это уже не важно. К счастью, козы сделали обратный ход под углом, и я перевидел спаниеля метрах в трехстах выше по склону, благо лес был не слишком густой, устремился ему наперерез уже по полной целине. «Долетев» до его «канавы», напрямую «погнался» за преследователем. Уже вижу – мелькает черное пятнышко на белом снегу. Силы спаниеля слабели, и я начал его догонять – медленно, очень медленно, но верно… Все ближе, ближе… расстояние сокращалось, но на команды по-прежнему не реагирует. Весь в мыле, я в конце концов настиг беглеца, упал на него, обхватил руками. Ругаться сил не было. Отдышались оба, обратно шли на поводке.

       Прошло время. Сделав паузу, мы по-прежнему ходили в лес в течение следующих зим, происшествие с козами ушло на память. И вот недавно, в конце декабря прошедшего года (26.12.2020г., суббота), мы отправились в лес по своему маршруту. Нас было трое: я, мой сын и этот самый спаниель – повзрослевший, взматеревший, но ума, похоже, добавилось не много. Снеговая обстановка в этот раз была иная – в начале зимы снега ещё мало и передвижению он особых помех не создает. Неделю назад снег вообще едва скрывал подошву, лесная растительность была лишь слегка припороша, и след на снегу едва читался. Сегодня снег доходил до щиколотки, травы уже не было видно, но передвигаться было не сложно. И вот опять, как три года назад примерно в том же месте, спаниель поднял козу. Усвистал, как и тогда, только его и видели. Я кинулся вдогонку. На широких скачках спаниель уходил за косулей. Бурелом, завалы, путанье следа… потом, метров через двести след сделал петлю и разворот в обратную сторону. Куда делись козы, я не знаю, но спаниель пошел в обратном направлении. Мы вышли на свою тропу и вскоре встретили беглеца, он шел нам навстречу с виноватым видом, понимая, что вел себя неправильно. Я не стал его сильно ругать, поймет неверно – будет бояться возвращаться. Пожурил слегка и решил продолжить маршрут, ведь мы уже почти дошли до Горы.

       На Горе сын остановился позвонить, а мы со спаниелем спустились к подошве, пересекли противопожарку и, по плану, должны были закругляться в обратную сторону, но… спаниель опять ушел вперед. Снова ноль реакций на команду, мельканье средь деревьев, все дальше, дальше, я за ним… Хорошо, я догадался взять с собой рации, сообщил сыну, что спаниель снова встал на след козы, и с максимальной скоростью (!) кинулся по следу. Примерно через километр след вышел на лесную дорогу, пересекающую путь нашего следования. Обычно мы проходим по ней некоторое расстояние и сворачиваем в обратную сторону – поднимаемся по склону, пересекаем противопожарку, переваливаем через хребет тянущейся гряды небольших возвышенностей, и спускаемся к «Кривой березе»

       В этот раз всё было по-другому. За дорогой простиралось обширное багульниковое болото. Иногда мы заходим в него краем, проходим метров двести, делаем петлю и возвращаемся назад. Но коза была в своей стихии. Она уходила от преследования и не собиралась менять направление. Спаниелю вообще было без разницы, где он находится. У него была цель, он был в пылу азарта, и что есть мочи гнался за этой целью – даром, что подружейный, только сам он об этом не догадывался, а объяснить ему это как-то не получалось. В одном месте коза сделала скидку, спаниель потерял след и стал его распутывать. Мне пришлось повторить его петли, а это время, за которое коза и спаниель уходили всё дальше. Было около четырех часов по-полудни, приближались сумерки. В конце декабря темнота наступает в пять часов вечера. С сыном переговаривались по рации – он шел по моему следу и старался меня догнать. Вот такая растянулась цепочка. Дело к вечеру, сотни метров наматывались на ноги, след козы и несущегося за ней спаниеля  стремительно уходил вглубь лесного болота, явно не собираясь менять направление и темпы бега. Примерно посередине расстояния между Крутихой и Лосинкой коза стала забирать вправо и вскоре след вышел к железной дороге, поднялся на насыпь, пересек железку, спустился вниз… в буреломе под насыпью снова «путанка», потом опять вглубь угодий. Сумерки сгущались, но след ещё был виден. Спаниель шел за козой иногда параллельно, иногда рядом, но ни разу не ушел в сторону. След пересек просеку. За просекой сын настиг меня, и дальше мы уже шли вместе. Потом опять лесная дорога, метров двадцать по ней и снова вглубь леса, всё дальше от цивилизации и населенных мест. Вариантов не было, оставалось одно – идти по следу, пока не настигнем беглеца, либо просто собьемся с пути… Конечно, мы понимали, что при всём желании не сможем догнать несущегося за козой спаниеля, также, как и спаниель никогда не сможет догнать скачущую во весь опор, уходящую от преследования косулю, но спаниель этого не понимал. Он самозабвенно несся вперед в полной уверенности, что вот-вот схватит козулину поперек туловища. Прекращать же поиски значило потерять спаниеля навсегда. Сам он отсюда никогда не вернется – слишком далеко, да и мест этих он не знает. Мой спаниель очень хорошо запоминает пути и маршруты, которыми мы с ним ходим, но здесь-то он впервые. Если же мы будем идти за ним, и он всё-таки пойдет обратно своим следом, то будем ближе к нему и раньше его встретим. Однако если ночью пойдет снег и заметет след, тогда уже нам его никак не найти, поэтому надо идти, и идти, и идти… Одно я знал точно – без спаниеля я из леса не уйду. Стемнело полностью. У сына на смартфоне был фонарик, на пол ночи его хватит, а на моем сдохла зарядка. Без фонарика след под ногами уже невозможно было разглядеть, и след этот всё глубже уводил нас в дебри лесного массива. Мы уже достаточно далеко отдалились не только от Крутихи, но и от железной дороги. Спаниель по-прежнему шел на махах, не проявляя никаких признаков усталости и намерения прекратить преследование. Я даже не был вполне уверен, что иду по его следу. Может, это другая собака или волк? Казалось, не должен русский охотничий подружейный спаниель уйти так далеко один без хозяина – ведь это не лайка и не гончая... но след упорно уводил нас вперед в непролазную лесную глушь. Надо было идти, и я шел, запинаясь о скрытый под снегом бурелом, падал на руки, поднимался и снова шел. Я привык, что спаниель всегда рядом со мной – вообще всегда… а сейчас его нет, просто нет – и всё тут. Это не мой Мир, это не моя ситуация. Да и вообще – я ли это?.. Однако реальность не давала расслабиться, но психика была на грани срыва. Мы постоянно звали и кричали спаниеля в надежде, что он услышит, образумится и повернет обратно, но результата не было. Возможно, он слышал нас и даже знал, где мы находимся, поэтому не переживал за свое одиночество, сознавая, что в любой момент может вернуться и найти нас в этом дремучем лесу, в то время, как наш зов становился всё реже и глуше. В один момент нам послышался далекий лай собаки – неужели он догнал и «посадил» косулю на облай? Потом опять всё стихло… Умом я понимал, рано или поздно спаниель вымотается, силы оставят его. Не может он гнаться за козой до бесконечности. Он остановится, ляжет в снег, свернется клубочком и просто замерзнет. Обессиленный и голодный до утра не дотянет. Это не иннуитская (эскимосская) хаска, и не белая пушистая самоедская собака, которые могут после дневной пробежки с нартами сглодать сушеного лосося, зарыться в снег и спать до утра. Это Русский охотничий спаниель. Живет он дома в квартире и спит, как нормальный РО спаниель, с нами на диване (ну да, а почему нет? «маленькая стая ложится спать»). Кроме того, в лесу бывают волки, а собака для волка – легкая добыча…

       Итак, мы шли по ночному лесу, не теряя надежды на лучший исход, но сотни метров оставались за спиной, а ниточка следа не собиралась обрываться или поворачивать назад. Время от времени встречались «путанки», но спаниель не давал косуле обхитрить себя, вновь и вновь возвращаясь на едва различимый след копытного создания.  Порой приходилось продираться сквозь чащи, в которых следы связанной незримой нитью пары «охотник – добыча» (спаниель – косуля) скрывались в буреломе и под нависающими лапами елей. След в таких местах терялся, а на головы нам сыпался снег с перекрывающих путь ветвей. Но сложнее было бороться с препятствиями, которые возникали в собственной голове, ведь мы не знали, каков же будет исход этой «гонки» и поддерживать собственную настойчивость можно было только за счет неимоверных усилий воли и взаимного подбадривания. Хорошо ещё, что мы были вдвоем. Неизвестно, как бы я один выходил из этой ситуации – и физически, и по части эмоций. Хуже всего, когда один…

       Кромешной темноты всё же не было – по небу плыла Луна, не полная, в дымке, но она давала кое-какой свет. К тому же кругом был снег, а со снегом всегда светлее. Заблудиться я не опасался, т.к. точно знал, в каком месте небосвода в это время суток Луна находится. У сына на смартфоне был навигатор, маршрут он не писал, километраж не мерил, но текущее местоположение показывал. Наконец я заметил, что спаниель перешел на легкую рысь, т.е. не несся уже во весь опор на махах, сбавил темп – и это после нескольких километров преследования. Завидное упорство, можно бы и гордиться… да не хотелось. Сколько же ещё мы пройдем сегодня по этому лесу? Ночевка невозможна - ночь в лесу нам не передавить, ни топора, ни спичек у нас с собой не было. Не было даже ножа. Были только смартфоны и поводок от спаниеля. Это на ходу не холодно, а остановишься – сразу замерзнешь, да и мыслей о прекращении преследования не было вовсе. Цель была одна – найти, догнать, спасти этого неразумного, не в меру настойчивого спаниеля!

       …И вот, в один момент, когда в душе уже растаяли всякие надежды… Спаниель появился! Он шел своим следом, он возвращался обратно, он хотел выйти из этого темного ночного леса… но как он выглядел – весь в снегу, намерзшем на шерсть. Уши, бока, спина – всё было в ледышках, на лапах толстые ледяные лепешки как подошвы. Весь пригнувшийся, почти ползком… Он шел обратно, он шел домой, он шел к нам! Первым делом я пристегнул поводок, а потом уже обнимания-целования. Ругаться не было сил, да и смысла, какой уж тут… В момент, когда я увидал своего спаниеля, испытал чувство, доселе не ведомое. Не то, чтобы заново родился, но всё же отлегло…

       После нескольких минут тихого выплескивания эмоций в зимнем заснеженном лесу, в темноте и вдали от населенных цивилизацией мест, мы двинулись в обратный путь. Пройти вперед по следу и найти место, где спаниель прекратил погоню, в тот момент ума не хватило, да и надо ли было? К железке пошли напрямую, минут через сорок вышли к насыпи, пошли по проходившей параллельно железке лесной дороге. Идти по промерзшей, покрытой снегом глинистой грунтовке было не очень комфортно – глубокая колея, ноги либо соскальзывают вниз с верхушки, либо путаются в узкой расщелине. Потом дорога уперлась в протекавший под железкой ручей, разлившийся в болотине, сплошь заваленный буреломом и заросший кустами на промерзших кочках. Пришлось вскарабкаться на довольно крутую железнодорожную насыпь. По рельсам идти было проще, шпалы почти не выступали над подсыпкой, скорость передвижения существенно возросла. Пару раз пришлось сваливать с насыпи, пропуская проносившиеся поезда. К счастью, это были не длинные тяжелые товарники, а пассажирские местного следования. По железной дороге мы шли до Крутихи примерно 1 час 20 минут, т.е. около шести километров. Плюс до железки из глубины леса пара километров по прямой, это уже восемь. Путь преследования прямым не был – петли, зигзаги, уходы в сторону – считай, километров десять, не меньше, в одну сторону намотали. Да ещё неизвестно, сколько спаниель прошел вперед от того места, где мы его встретили. Вот и прикидывай, как далеко может уйти РО подружейный спаниель, если ему коза дорогу перескочит...

Екатеринбург
144
Голосовать
Комментарии (5)
Казахстан, Актобе
15114
С большим интересом и сопереживая прочел. В такой ситуации не бывал. *
1
Тобольск
804
Без слов. )) +
0
Станция Акчурла
8848
Какой "зверовой" спаниель оказался...наверное в прошлой жизни он был волком ))
3
Чувашия г. Чебоксары
7652
Пороки воспитания. Хозяину урок.
3
Екатеринбург
144
Друзья, большое спасибо за комментарии!)
Здесь привожу свой собственный вывод из случившегося.
P.S. Понимаю, что за данный эпизод нас могут просто дисквалифицировать, исключить из породы. Не должен Р.О. спаниель вести себя подобным образом – это недопустимо, не вяжется с его породными свойствами и качествами (40 метров от ведущего - и не более). Ошибки воспитания? Может быть… но каждое живое существо имеет свою натуру, переломить которую порой бывает просто невозможно. Мой спаниель с детства имел склонность к дальним уходам, и как я ни бился...
Надеюсь, что данное писание послужит уроком для начинающих спаниелистов и поможет им своевременно принять меры, чтобы с ними не происходило подобных историй.

Ещё один постулат: у каждого охотника, ровно как у лесного путешественника, во всех его вылазках должен быть при себе
«пояс выживания».
Что в него будет входить – каждый сам для себя определит, но нож, спички и фонарик – непременно. Без еды и питья какое-то время можно продержаться, а вот без тепла и света проблематично. Помните, как у Джека Лондона «Белое Безмолвие»? Всё было хорошо, но тут случилось непредвиденное…
0

Добавить комментарий

Войдите на сайт, чтобы оставлять комментарии.
Наверх