Войти
Вход на сайт
Вход через социальную сеть

Приключения шахтера в горах Алтая. Часть третья, мистическая

Утро выдалось росное и очень холодное. Зябко поеживаясь, мы выбрались из палаток и потянулись к костру, где уже вовсю хлопотал Миша. Он не признавал палатки и спал под кедром, уютно пристроив голову на могучем корневище и накрывшись овчинкой. Как он не замерзает?

Желания повторять вчерашний подвиг с утренним купанием у меня не было никакого, холод и так пробирал до костей. Кружка горячего ароматного чая грела руки сквозь рукава куртки, тепло от потрескивающего костра наполняло душу радостью. Тонкий сизый дымок от костра смешивался с висящим над водой плотным туманом и путался в пушистых кедровых лапах над нашими головами. Совсем рядом стрекотала белка, пофыркивали за деревьями привязанные на ночь кони, в озерке гулко плеснула рыбина. Гляди-ка, точно есть крупные! Азарт тут же забурлил в крови, но сегодня нас ждет охота, так что азарт поворчал немного и забился в самый дальний уголок.

- Миш, а куда пойдем? – я с громким швырканьем отпил горячего чая и выжидательно смотрел на друга. Второй участник нашей будущей охоты Леха который воин по армейской привычке молчал. Когда придет время, всю нужную информацию до него доведут. А вот лезть с вопросами… ну его. Миша, тоже немало времени отдавший службе, отвечать не спешил. Неспешно пил чай, что-то обдумывая. Затем вдруг неопределенно махнул рукой:

- Туда.

Тоже верно. Что бы мне дал предметный ответ на вопрос? Я предложил бы альтернативный маршрут? Или обрадовано закивал бы, мол, да, там-то как раз и водятся все маралы в этих горах? В общем, какой вопрос…

Сборы много времени не заняли. Винтовки, ножи, патроны, небольшой запас отварного медвежьего мяса, пара луковиц, лепешки – вроде бы все. Мне достался какой-то звероватый конь. Он сразу попытался меня цапнуть, и даже кусок крепко присоленного хлеба его настроения не улучшил. С помощью Ирыса, одного из наших проводников, я все же оседлал этого зверя. Должен сказать, что история общения с лошадьми у меня, прямо скажем, небогатая. Но делать нечего, пешком ведь не пойдешь. Остальные уже сидели в седлах и ждали только меня. Лихим кавалерийским подскоком я взлетел в седло, заставив коня шарахнуться в сторону. Если бы не Ирыс, крепко державший повод, то я уже мчал бы сломя голову по тайге. Причем «слоям голову» это не просто оборот речи. Ирыс обнажил в улыбке крепкие белые зубы и сказал, похлопав коня по шее:

- Терпи…

Я так и не понял, кому из нас он это сказал.

- Ирыс, а  коня этого как зовут?

- Иногда ат, а иногда теке… - Ирыс заулыбался еще шире, а затем хлопнул коня по крупу и прикрикнул:

- Хоп!

Конь со звучным именем Теке (я так тогда думал) вальяжно зашагал следом за остальными, уже скрывшимися за ближайшими деревьями. Ехалось мне удобно. К седлу, правда, привычки не было, но все когда-то бывает впервые. А тут ведь первая в жизни горная охота! С алтайцами, в тайге, на конях…приключение!

Мы степенно двигались по тропе, вытянувшись цепочкой. Тропа петляла между могучими кедрами, сваливалась в заросшие мрачными елками балки и взбиралась на покрытые огоньками взлобки. Красота необыкновенная.

Наконец тропа выбралась из тайги на гребень горы, и мы остановились. Вид отсюда открывался потрясающий. Прямо перед нами на расстоянии километров в 50 белыми горбами стоял Северо-Чуйский хребет с его ледниками. Величественные покрытые снегом вершины ослепительно сверкали на фоне синего неба. Влево от нас бесконечным всхолмленным одеялом тянулись покрытые тайгой горы – там дальше Монголия. За спиной – крутобокие горы над Чулышманом. А чуть правее – Джолуколь с его отвесными скалами по берегам. А где-то справа от нас за горами лежит Улаган. Стою я на этой вершине, верчу головой во все стороны и чувствую себя пылинкой – так прекрасны и велики горы вокруг меня, так бесконечно небо над головой.

И вдруг Ирыс запел. Запел на своем странном гортанном языке, закрыв глаза и обратив лицо к солнцу. Он раскинул рыки в стороны и напевал что-то, негромко и совсем не мелодично, но… Это было очень по-настоящему. Я вдруг словно провалился лет на тысячу назад. Древние горы вокруг и вечно молодое небо над ними, древняя песня из уст молодого парня… Меня пробрало, до печенок пробрало. Это и есть секрет Алтая. Здесь каждый живет в гармонии со своей землей и не отделяет себя от нее. Здесь каждый – часть этих гор, и горы – часть каждого живущего. Эта песня…она ведь не для нас была вовсе, нам просто очень, очень повезло ее услышать. Миша молча смотрел на Ирыса пока тот не допел. Допел, тронул пятками коня и мы пошли дальше, спустившись на десяток шагов и двигаясь в тени вдоль хребта. А мне так хотелось идти именно по хребту, ощущая бесконечность мира вокруг… Но нельзя. Если маралы там, где рассчитывают наши проводники, мы можем их спугнуть.

Я догнал Мишу, заставив его недовольно нахмуриться:

- Миш, а о чем Ирыс пел? – почему-то у Ирыса я спросить не додумался.

Миша ответил совсем не то, чего я ожидал:

- Скоро спешимся, марал там – он вытянул руку вперед.

- Там? А ты откуда знаешь?

- Сам увидишь – Миша пожал плечами и замолчал.

Я чуть приотстал, вставая на свое место в цепочке.

Через полчаса Ирыс спрыгнул с коня, забросив поводья на седло, и крадущимся шагом направился к вершине. Мы последовали его примеру, стараясь не шуметь. Подошли к вершине, улеглись на короткую жесткую траву и осторожно выглянули в надежде увидеть ниже по склону тучные стада маралов. Угу. Горы были все так же бесконечны и пустынны. Я вознамерился было подняться, но Ирыс цыкнул, призывая к тишине. Затем он показал куда-то вперед. Я обшаривал взглядом склоны напротив нас и ничего там не видел. Миша же в это время уже заряжал винтовку. Кого они там увидели-то?

Я раз за разом возвращался взглядом к склону горы, на который смотрели оба охотника. И вдруг краем глаза уловил движение. Маралы! Как же это я их сразу не заметил? И почему их сразу увидели мои алтайские друзья?

- На, стрелять будешь – Миша протянул мне винтовку.

Расстояние – метров 400. Ой не факт... Стрелок я, прямо скажем….в общем,  рыбак я. Но, во-первых, очень хочется попробовать. А во-вторых, взять и отказаться? Да ладно, вы бы смогли?

Я принял винтовку, пристроил ее на камне и принялся искать маралов. Скажу вам, что через прицел делать это значительно труднее. Но ничего, справился. Вот они, застыли на одном месте. Десяток маралух, три молодых бычка и один взрослый, с развесистыми рогами и темной, почти черной шеей.

Вот в нее и будем целить. Выцеливал я долго, так долго, что Миша с Ирысом уже нетерпеливо поглядывать начали. Задержал дыхание, плавно потянул спуск… приклад увесисто боднул в плечо, выстрел сухим щелчком разлетелся по горам, и маралы сорвались с места. Все маралы. Я промазал. Миша подхватил винтовку, вскинул ее к плечу и выстрелил в угон, практически не целясь. Марал на полном ходу ткнулся мордой в склон, а затем завалился на бок. Готов. Остальные стремительно скрылись за урезом горы.

Мне было и стыдно и радостно одновременно. Стыдно из-за промаха, хотя я точно понимал, что попасть вряд ли смогу, но блин! Как я мог промазать-то? И радостно оттого, что не я лишил жизни это гордое красивое животное.

Ирыс посмотрел на меня как-то… не знаю, я не понял. Наверное, это было разочарование, хотя по черным алтайским глазам очень сложно что-то понять. Дальше был спуск и подъем к лежащему на склоне маралу, его быстрая разделка, пятиминутка из чуть присоленной парной печени… Когда несчастный марал был упакован в арчимаки, на гребне горы над нами показался всадник. Увидев его, Аржан схватил винтовку и тут же выстрелил в его сторону. Мы с Лехой обомлели, а Аржан вскочил на коня и рванул в гору, вслед за скрывшимся всадником.

- Миш, чего это он, а? – голос мой не дрогнул, но я изрядно волновался.

- Тувинец – Миша пожал плечами.

- А стрелять-то зачем?

- Они у нас коней угоняют постоянно, вот и стреляемся…

- И что, прям вот так, всерьез? А если убьет?

- Да нет – Миша как-то очень уж спокойно пожал плечами – ни разу не убили никого. Так только, пугануть.

Аржан вернулся минут через десять, довольный донельзя.

- Ушел – улыбка до ушей, винтовка на плече висит.

- Точно ушел? – Леха недоверчиво смотрел на алтайца.

- Точно. Как заяц бежал – Ирыс хохотнул и хлопнул своего коня по шее, направляя вперед. До лагеря нам часа три добираться. День в самом разгаре, солнце палит немилосердно, небо затянуто кисеей облаков. Мы движемся в гору, из-под конских копыт веером рассыпаются кузнечики. Пахнет чабрецом и клубникой, нагретыми камнями и снегом (с ближайшей вершины тянет свежим холодком). Из звуков только глухой топот копыт, стрекот кузнечиков, тихий говор Миши и Ирыса и все тот же крик коршуна. Нереальное, невероятное спокойствие. Вот так я бы ехал и ехал бесконечно.

Именно в этот момент я вдруг осознал, какой же древний и глубокий народ алтайцы. Они живут среди этого спокойствия, среди легенд и духов. Они – хранители понимания жизни, хранители истории мира. Их песни – сама суть мира, их музыка – ветер, их жизнь – река. Может быть, меня просто растворили в себе эти горы, и я поддался впечатлениям. Но я ехал и жалел о том, что не могу услышать алтайскую музыку, немного тоскливую, летящую и древнюю, как мир. Я понимаю, почему она именно такая. В этой местности не могла появиться другая музыка. Сразу оговорюсь, я не пытаюсь здесь придать алтайцам каких-то качеств, я о своих ощущениях пишу…

В лагерь прибыли часам к 5 пополудни. Там кипела жизнь. Леха коптил рыбу, отец рыбачил, совсем рядом со станом в озере устроили купалку мелкие со стоянки. Их эта вода в 4 градуса вообще никак не останавливала. Они плескались с веселым хохотом и визгами, ныряли и пытались ловить мальков османа.

Я за эту охоту так прожарился на солнце, что даже раздеваться не стал – так в одежде и ухнул в озеро, только сигареты выложил. Хорошо…

До вечера варили, жарили и запекали марала. И ели, ели, ели. Скажу вам, что мясо дикого марала отличается от марала из маральника разительно. Дикий не ест комбикорм и сено, он питается лекарственными травами и много двигается. И оторваться от этого мяса просто невозможно.

Леха который шахтер налегал на мясо наравне со всеми. Миша кипятил горячий чай, но горячего как раз и не хотелось. В воздухе плотным маревом висела духота, а тут еще горячее мясо…в общем, пить хотелось нещадно. Но нельзя после любой дичи пить холодную воду, очень опасно. Поэтому пили чай, стоически претерпевая жару. Я еще пару раз окунался в озеро, и это сильно мне помогало.

За Лехой-шахтером мы не уследили. Он все же набрал полный котелок воды в озере и осушил его залпом. Миша, увидев это, попытался влить в Леху такой же котелок кипящего чая, но Леха не дался. Тогда Миша философски пожал плечами и молвил (именно молвил):

- Подохнешь. В муках.

Леха ухмыльнулся, свернул голову очередной бутылке водки и надолго к ней приложился. Забыл, наверное, что водка не согревает. А может и просто повод нашел. В общем, через полчаса пьяный Леха громко страдал, лежа на боку у костра. Его мучили дикие рези в животе. Животный жир от холодной воды затвердел внутри его несчастного организма.

Миша принялся за спасение. Леха пил горячий чай, как можно горячее, к животу его прикладывали наполненный горячей водой пакет, но легче ему особенно не становилось. Страдал он все тише, что начало нас беспокоить.

- Миш, может его в Улаган, в больницу?

Миша заговорщицки мне подмигнул:

- Помучается чуть и поправится. Но тяжело ему будет. Предупреждали же. Эх…

В самый разгар Лехиных страданий на озеро налетела гроза. Тучи клубились почти над водой, все вокруг резко наэлектризовалось, в воздухе повисло напряжение. А потом грянуло! Молнии били в воду, каждый такой удар заставлял все нутро мелко дрожать, хотелось забиться куда-нибудь…но некуда было забиться. Оставалось только внимать величию момента и бояться. Гроза промчалась быстро, вымочив нас до нитки и заставив в очередной раз ощутить свою ничтожность и беспомощность перед силами природы.

Леха к концу грозы вроде бы немного поправился. Во всяком случае, он больше не страдал вслух. Да и вообще у костра мы его видели не часто – все больше он в тайге ходил. Наверное, грибы искал, да.

Когда окончательно стемнело, Миша сказал мне, вороша палкой угли в костре:

- Пойдем на стоянку? Мяса увезем…

Памятуя вчерашнее, я поспешно сказал:

- Только без арачки!

- Чай пить будем – успокоил меня Миша и принялся собираться. Мы с хеканьем закинули на спину моего недоброго коня арчимаки с мясом и тронулись в путь. Идти по ночным горам в полной темноте то еще развлечение. Над головой – невероятный ковер звезд, ярких и очень крупных. Небо бесконечно глубокое. Очень холодно, и ощущение такое, что холодом тянет прямо из космоса над головой. Тайга как-то тревожно потрескивает, вздыхает и волнуется.

На подходе к стоянке нас встретили те же два пса. Махали хвостами и тыкались холодными носами в ладони, терли боками об ноги и легонько прикусывали пальцы. Учуяв запах мяса, они полюбили нас еще больше и готовы были даже спеть нам приветственную песнь. Жалко, не умеют.

За жилым аилом на берегу небольшого, метров 100 в длину, озерца горел большой костер. Прогорающие смолистые сучья выбрасывали в небо целые снопы искр, которые смешивались со звездами. Вокруг костра сидели все обитатели стоянки, от самых мелких до самых взрослых. Совсем малыши сидели на коленях у матерей и сестер, сверкая черными глазенками. Ребятня постарше и мужики сидели прямо на траве, попивая чай из больших кружек.

Но главным у костра, вне всякого сомнения, был старый-старый алтаец. Что он здесь делает? Зачем его притащили в горы? Ему бы дома у печи правнуков нянчить, а он тут…

Нам дали место у костра и налили чаю. Мы свалили у огня охапку сушняка, который притащили с собой. Так принято в тайге – к чужому костру со своими дровами.

Я с огромным интересом смотрел вокруг. Я снова, в который уже раз здесь, словно бы провалился в прошлое.

Ночь, горы, в радиусе 50 км ни одного человека кроме сидящих у костра, сам этот огромный костер, бесконечный купол неба нал головой, черноглазые молчаливые люди вокруг огня, ароматный горячий чай и немного дребезжащий, некрепкий уже голос старика, который что-то рассказывает на  своем языке. Я не понимал ни одного слова, но это было и не важно. Я впитывал все это каждой клеточкой тела. Кто еще вот так сидел в горах у костра и слушал алтайские легенды?...

К своему костру мы вернулись глубокой ночью. Все уже спали. Мы же с Мишей уселись к огню и принялись разговаривать. Я расспрашивал, а  он рассказывал. Об алтайцах, о традициях, о легендах, о духах, об алмысах тоже говорил. Много нового для себя я тогда узнал, и когда-нибудь напишу и об этом тоже. И о том, как к нашему костру приехали две амазонки и пытались меня увезти, как мы ждали в засаде медведя, как ночевали зимой, завернувшись в дюрханы, как я ездил на Укок… Много всего. Главное, чтобы читали.

 

 

 

Новосибирск
2394
Голосовать

Лучшие комментарии по рейтингу

Пермь
7485
Сногсшибательные рассказы, подача пережитого входит в соскучившийся мозг, как спица в подушку.
Денис, ваши повествования украшение любого литературного сайта. И я рад, что могу их читать.
Вы передаёте восхищение проникновения в природу, её могущество и не известность для человека.
Спасибо.
3
Комментарии (12)
Казахстан, Актобе
13001
Очень хорошо читается. +++
0
Станция Акчурла
8110
Ну вот, чем дальше в лес - тем толще партизаны ))). Непривычное седло заинтересовало...
0
Новосибирск
2394
СКИф, непривычное в смысле моей непривычки к седлу. Неверно сформулировал, сейчас поправлю))
0
Пермь
7485
Сногсшибательные рассказы, подача пережитого входит в соскучившийся мозг, как спица в подушку.
Денис, ваши повествования украшение любого литературного сайта. И я рад, что могу их читать.
Вы передаёте восхищение проникновения в природу, её могущество и не известность для человека.
Спасибо.
3
г.Барнаул
32
Очень хочется почитать про остальные приключения! +++
0
Деревенька у реки, Центральное Черноземье
438
Грустная закономерность прослеживается в «Авторских рассказах»: достойнейшие произведения от Курая не очень-то притягательны широкой аудитории. Число просмотров обычно заметно меньше, чем коротких не художественных схематичных публикаций, звёзд одобрения — тоже. В массовом спросе здесь заметки - простейшие словесные «скелеты» событий. Подлинное мастерство распознаётся как-то не очень... Не по «зубам» оно, что ли? Но, как свидетельствует наше литературное прошлое, именно читаемому от Вас, Денис, уготована долгая и завидная жизнь. Потому пусть не расстраивают нынешние «рейтинги» - они лишь свидетельство неверности их, как мерила ценности произведений и авторов. Пока пишется, дарите понимающему Вас меньшинству как можно больше строк для услады рассудка. Пройдёт некоторое время и имя Ваше (не преувеличиваю и не шучу) непременно будет красоваться в ряду продолжателей лучшего в литературном богатстве России.

Всего доброго! Шестая! *

Кхоним, + !
0
Новосибирск
2394
Степной, спасибо снова) вы неизменно высоко оцениваете мои рассказы, и это очень приятно. Приходите в мои группы Вконтакте, там рассказы и фрагменты уже второй части истории Матвея
https://vk.com/tayga_na_ladony
https://vk.com/sobolev_pishet
0
Пермь
7485
Степной, К сожалению рассказ более 2-3 страниц, не вызывает интерес у молодёжи. Современная система обучения в школе, к этому тоже подталкивает.
0
Сумы
994
Я, конечно не знаю, как сложится творческая судьба этого , безусловно талантливого автора, но останавливаться на достигнутом, ему вряд ли стоит. Денис ! Пока есть желание писать - пишите, своего читателя Вы обязательно найдете и не отчаивайтеся если их пока мало, все приходит со временем.... Новых творческих удач и открытий.... +++
0
Деревенька у реки, Центральное Черноземье
438
Курай, посмотрел по ссылкам: понравилось всё! Но... нет меня в соцсетях и не могу потому быть в Вашем замечательном сообществе полноправным участником обсуждений. Не густо со временем. Я и здесь-то "на минуточку" сейчас - задело кое-что, вот и объявился ребятам в праведном деле их пособить. И так уж задержался из-за не планового развития событий. Просьба к Вам, если возможно, известный отзыв "там" подправить следующим образом: "...у людей, можно сказать - по-Кураевски одарённых, тяга и скорость познания...". Не сразу заметил свою некорректность, а потом внести правку оказалось невозможно. Почитав отзывы "там", убедился, что в оценках относительно Вас ну совсем не одинок. Да и здесь тоже. Удачи во всём и творческого долголетия!

Кхоним, да, к сожалению. Но десять процентов разновозрастных читателей всё одно найдётся, что выгодно не впишутся в массовых двух-трёхстраничников. В них, в лучших, и надо бы целить авторам. По-иному - застой или творческая деградация. На мой взгляд, не на удобное для прочтения кем-то число страниц следует ориентироваться, а на оптимальное раскрытие темы блистательным художественным языком. Именно так и поступает Курай.

Дополню с учётом предшествующего комментария.

Кураевский читатель автоматически определен своей потребностью и способностью познавать произведения столь высокого уровня исполнения. Процентная доля таковых от всех читающих значимо не изменится ни через год, ни через двадцать лет, поскольку интеллектуальная структура общества давно устоялась. Как-то уже цитировал Маршака о том, что талантливому писателю требуется талантливый читатель... Отсюда следует: что в долевом отношении имеем на сегодня, то и будет дальше. Отнюдь не всё приходит или существенно меняется со временем. Нынешнее читательское «мало» данного автора по литературной подготовленности качественней и безусловно предпочтительней оставшегося «много», не желающего или не способного одолеть заданную автором высоту. Сказано не в обиду тех, кого в читательском отсеве «много» - у них из-за иной направленности личности могут быть свои недосягаемые вершины в других житейских сферах. Призыв не останавливаться на достигнутом излишний — автор в зрелом возрасте, прекрасно ориентируется в социальной среде и её ценностях, с крепким нравственным стержнем, с высочайшим уровнем литературного мастерства, на мощном творческом подъёме, с огромным запасом накопленных и пополняемых знаний, полезных для других, писательство для него сама жизнь и есть - попробуйте такого остановить!.. По совокупности перечисленных достоинств, на литературном поприще он сам мог бы стать наставником здесь хоть кому.
1
Сумы
994
Степной, Я соглашусь с Вашими оценками творчества автора ибо здесь во многом Вы правы. Выражая свое пожелание автору в форме призыва, я в большей степени подразумевал немного иное, а именно - ситуацию, когда автор начинает работать в "стол". А это происходит , на мой взгляд, довольно таки часто. Не имея выхода на читателя ( не беру во внимание инет) некоторые таланты именно так и поступают. Ну и конечно здесь немаловажную роль играет и материальная сторона, которая то-же "играет" очень часто не на стороне автора. Если автору и удасться напечатать свои работы то их нужно еще и "реализовать" читателю, а это порой целая проблема. Конечно, говорят - талант сам себе найдет дорогу и.... Дай Бог, чтобы Денису в этом плане все удалось.
0
Новосибирск
2394
Спасибо за ваши добрые слова, друзья. В стол писать я не буду, сеть помогает делиться творчеством с теми, кому оно интересно и нужно. Для этого я и создал группы ВК, и канал в Дзене, и здесь для этого же пишу.
Материальная сторона, конечно же, важна. Но не первостепенна. Хлеб я зарабатываю другим совсем. Если удастся издать книгу и начать ее продавать, я буду очень рад. Сейчас веду переговоры с издателями о выпуске первого тиража в твердом переплете. И скоро (летом) книга появится. Но тут вопрос - готовы ли будут люди ее покупать? Посмотрим. В любом случае, я продолжаю писать. Вторая часть из 5 про матвея уже почти дописана, скоро опубликую. А пока ее фрагменты можно читать здесь https://www.facebook.com/MatveySvyatogor/ здесь https://vk.com/tayga_na_ladony и здесь https://zen.yandex.ru/sobolev_ru
0

Добавить комментарий

Войдите на сайт, чтобы оставлять комментарии.
Наверх