Войти
Вход на сайт
Вход через социальную сеть

Рыбалка на озёрах Сергенея

  Погода установилась солнечная и тихая. Лето вступило в свои права. Черёмуха буйствовала на пике цветения. А наши велосипеды поспешно катили по грунтовой ухабистой дороге в сторону посёлка Аршан. После Харантея на этом участке дороги не осталось ни одной деревни, а с обеих сторон к дороге подступали болото и тайга. В отдельных местах кроны деревьев смыкались над дорогой. Эти места для проезда на велосипедах давались нам, из-за невысыхающей липкой грязи, с большим трудом. 

  Около Иинска остановились передохнуть, но не утерпели и полезли на геодезическую вышку, посмотреть с неё окрестности, но на сколько хватало обзора, кроме тайги с небольшими болотцами и шумящей извилистой реки Ия больше ничего не было видно. До Сергенея ещё было далеко. Когда-то это тоже было селение охотников и рыбаков, но сейчас от него осталось только название урочища – Сергеней с обширными болотами и большими озерами. На эти-то озера мы и ехали рыбачить карасей.

  Проехав около тридцати километров от дома, мы свернули на едва приметную лесную тропу. Отойдя от дороги около ста метров, оставили свои велосипеды под кустами. Дальше, чтобы достичь места рыбалки, нам предстояло ещё пройти по этой тропе и потом по болоту в течении часа. Всем хотелось побыстрее оказаться на озере и начать рыбачить. Дружно в ускоренном темпе двинулись за Лёнькой Д., он был здесь не один раз и знал хорошо дорогу. Кроме меня компанию составили: Толька К., Колька Н., Толька И. и Петька, родственник Леньки. Однако всё же усталость нагнала нас на заключительном участке пути, когда вышли на моховое болото.

  Тропа по рёлке закончилась и перед нами открылась моховая болотина, поросшая карликовой берёзкой. Виднелись отдельные островки из мха, возвышающиеся над остальным болотом, и перелески из молодых берёзок и корявых сосёнок. Наши ноги проваливались в мох выше щиколотки и их с трудом приходилось вытаскивать при очередном шаге. До места рыбалки оставалось чуть больше пяти сот метров, уже хорошо просматривались несколько сосен, растущих на берегу озера, но и на этот участок пути у Тольки И. не осталось сил. В полном физическом и духовном изнеможении он повалился на вздыбленный над болотиной островок из мха и истерически оповестил нас:

  - Всё! Я дальше не пойду! Буду ночевать здесь!

 Наши уговоры для него были пустым звуком, он их не слушал. Мы тоже сделали привал, хоть и до озера оставалось «подать рукой». Его уже даже было видно с вершины этого островка из мха. Развалившись на «перине» из мха, стали ждать, когда Толька соберется с силами. И тут мимо нас летит большущий болотный кулик, издавая негромкие однообразные крики, характерные как для большого чёрного дятла,  – пи… пи… . Ребята сразу насели на меня с уговорами:

  - Стреляй! Его едят! Сварим суп! – шептали они наперебой.

  У меня с собой, как обычно, была одностволка и я, поддавшись на уговоры ребят, внутренне сожалея, сбил кулика. Посидев минут двадцать, мы продолжили путь и скоро прибыли на место. Озеро оказалось довольно большим, по форме – круглым. Места для рыбалки хватило на всех и каждый выбрал его исходя из своего рыболовного опыта.

  Устроив бивак: натаскав дров на ночной костёр, подготовив места для отдыха вокруг будущего костра, мы отправились рыбачить. Шалаш строить не стали, как обычно это делали, понадеялись на хорошую погоду, а скорее, не было желания, из-за усталости, одолевающей нас после проделанного пути. Позади осталось более тридцати трудных и тяжёлых километров по просёлочной дороге и болоту. Саяны оказались совсем рядом. Первая гряда сопок, густо поросшая кедрами, соснами и елями, вздымалась на краю обширной болотины, с которой мы взирали на горы.

  Вечерний клёв удался. Поплавки то и дело, покачиваясь, бежали по воде - то в одну, то в другую сторону. Некоторые караси очень радовали нас своими размерами, были они грамм по пятьсот. Рыбачить закончили с наступлением сумерек. Садков в то время не было и улов свой оставили на местах рыбалки между кочек.

  Ночь оказалась тёплая и тихая. Мы от, измотавшей нас усталости, проспали даже рассвет и восход солнца, а в это время всегда отмечается активный клёв карасей. Разбудил нас крик ворон, которые почему-то то и дело пролетали над нами. И тут кто-то из ребят заметил, что одна ворона тащит, держа в клюве, хорошего карася.

  - Откуда это она взяла? Да, это с весны остались у берега дохлые караси –  ответил Ленька для всех на свой же вопрос.

  - Да, это же наш улов вороны растаскивают! – крикнул кто-то из ребят, следом за Лёнькой.

  Мы бросились спасать свой улов. Отдельных карасей вороны успели сильно поклевать и их пришлось выбросить. Возмущаясь на воровок-ворон, пришлось и для себя сделать вывод, что нельзя было оставлять карасей на берегу, не укрыв их чем-либо, хотя бы тем же мхом. Так мы и сделали, но после поучительного урока, понеся потери.

  Утром караси клевали совсем плохо и надо было думать, где рыбачить вечером. Оставаться на этом озере или идти на соседнее?   Недалеко виднелись два небольших озера. К ним то я и решил сходить, а Лёнька с Толькой К. отправились на речку Нюрту с «мелкашкой» поискать щук. Остальные остались сидеть у своих удочек.

  Время шло к обеду. Солнце поднялось и хорошо пригревало. Вода в озёрах прогрелась и совсем скоро должен начаться икромет карасей и этому я нашёл подтверждение, подойдя к дальнему озеру. Я обнаружил рядом с ним небольшое мелкое озерко, в котором творилось что-то невообразимое. Вода по центру озерка прямо «кипела» от множества карасей, которые, напуганные моим появлением на берегу, носились по кругу, сбившись в чёрную кучу. Эта картина продолжалась не меньше минуты и только, когда карасей в озерке стало значительно меньше, я разглядел, что они все одновременно стремились сбежать из этого мелководного озерка через дыру во мху, которая была входом в канал, ведущий в большое озеро. Далее, обходя озеро, я ещё раз убедился, что это озеро - открытие нового места рыбалки. Мне удалось увидеть, как большое количество карасей то и дело выскакивали из-под мшистого берега и скрывались на глубине. Отдельные экземпляры из них были настоящие великаны. Эти уплывали на глубину как-то по-особому – с креном на один бок. Создалось впечатление, что на этом озере несколько лет никто не рыбачил и здесь выросли такие огромные караси. У соседнего же озера стояли вешки для сушки сетей и в нем не было такой активности карасиной жизнедеятельности.

  Моё сообщение об увиденном здорово порадовало ребят. План рыбалки на вечер был конечно - идти на это озеро. Днем, в оставшееся время, я взялся готовить суп из кулика. Подстрекатели же на выстрел по этому болотному жителю спокойно дремали под теплым солнышком у догоревшего после нашего обеда костра. На приготовление юшки из этого кулика у меня ушло около четырёх часов. Кулик был видимо очень старой птицей и мясо его никак не хотело отвариваться до состояния отслоения от костей. С трудом я «угостил» ребят юшкой, но вот с мясом, большей частью, мне пришлось разбираться самому – жаль было выбрасывать «добычу». После еще минут десять я чистил зубы, уж очень жестким оказалось мясо. Больше на подобные авантюры я не попадался.

  Время шло к вечеру. Соблюдая тишину, без шума мы подошли к озеру и расселись по берегу. Забросив удочки, стали ждать поклёвок карасей-великанов. Вечер опять выдался очень тихим без единого дуновения ветерка. Было бы очень приятно сидеть и разглядывать в чистом воздухе Саяны, но полному блаженству мешали комары, которые кружились над нами бесчисленным полчищем. И вот клёв начался. Караси клевали без больших пауз, по долгу ждать не приходилось. Первую удочку карась-великан сломал у Тольки И., но он всё же вытащил его за леску. Это была настоящая лопата, килограмма на полтора.

 Удилища мы вырубили себе на релке в сухом сосняке и ими нельзя было вытащить карася и в килограмм, как мы привыкли их выуживать размером в ладошку, тянув карася прямо на себя. За вечер трое ребят поломали свои удочки, вытаскивая больших карасей, каких мы раньше и не видывали. Продолжать рыбачить пришлось им удилищами без макушек.

  На следующее утро клёва на этом озере практически не было и Ленька предложил перейти на озеро, на котором мы бывали два года назад и так же ездили на велосипедах, но расположения его от места нашей рыбалки никто кроме Лёньки определить не мог. На это озеро нас опять повёл Ленька. На берегу этого озера память о той рыбалке у нас восстановилась. Вспомнилось, где жгли ночной костёр на самом берегу и как спросонья ночью Лёнька, стоя у костра и попятившись назад от вспыхнувшего пламени, кто-то бросил в костер сухую ветку сосны, упал на спину в озеро.

   Погода испортилась, началась морось. Чтобы не пропустить клев на одном из двух озер, рядом ещё было большое озеро, Ленька предложил разделиться на две группы. Он с Толькой К. и Петькой отправляются дальше на Утиное, как он назвал следующее озеро, а я с остальными остался здесь.

  Первым делом занялись подготовкой к ночлегу. Местность вокруг озера была сплошь болотистой и свой бивак пришлось разбивать далеко от озера в лесу, но и там везде были высокие кочки, но предостаточно дров на ночной костёр. Лежанки у костра устроили прямо на кочках, а для этого каждому вырубили по три жерди, как на основу, их накрыли ветками сосны и ели. Так мы устроили себе лежанки. Вечером, в оставшееся время, пошли рыбачить, но клёва, как и на тех озёрах из-за погоды не стало. Поймали всего по нескольку карасей, но и то небольших.

  Вечером начал капать мелкий дождь. Шалаш мы, из-за отсутствия времени, не успели построить. Опасаясь, что намокнем, так как плащей у нас не было, вечер у костра прошёл без разговоров и шуток, одним словом – тоскливо. У всех вертелась в голове одна мысль, а если пойдёт настоящий дождь и где тогда от него прятаться. К созданию тоскливой обстановки способствовал и очень скромный ужин, доедали остатки припасов. На нашу группу досталось полбулки хлеба и баночка кильки, а на завтрак и обратную дорогу нас ожидал пустой желудок. О карасях никто не думал, хотелось привести их побольше домой, как удачный трофей.

  Смена погоды в худшую сторону напугала нас ночью только моросью. Утром клёв вообще отсутствовал. Вскоре вернулась и группа с Утиного. И там караси тоже, как вымерли, ни одной поклёвки. Перед дорогой Ленька достал из своего мешка краюху хлеба и несколько варёных картофелин. Этим-то мы и удалили нарастающее чувство голода, которое зародилось ещё с вечера. Разделив рыбу между собой, мы двинулись в обратный путь. Надо было поторапливаться, так как плохая погода периодически напоминала о себе непродолжительной моросью и могла значительно осложнить или сделать невозможной езду на велосипедах.

  На обратном пути меня и ещё двоих ребят Ленька пригласил подкрепиться на кордон лесника, к отцу. Приглашение было весьма ко времени, при подъезде к Иинску в животе у всех стало совсем пусто. Дядя Паша накормил нас отварной картошкой с малосольным хариусом. До сих пор ощущаю этот вкуснейший обед после суток полуголодного состояния.

  С остановками для очистки колёс велосипедов от налипшей грязи, порядком измученные, но в хорошем настроении мы к вечеру добрались до дома. В мешках за спиной у нас лежал весомый улов карасей, не менее пяти килограмм. Поездка оставила приятные воспоминания о той рыбалке.

  Примеч - фото взято из компьютера.

Голосовать
Комментарии (2)
Новосибирск (родился в Болотнинском районе, деревня Хвощевая)
921
Ну умеешь увлечь рассказом .Вот только кличек пацанов не хватает. Кличка это вторая фамилия деревенская. Почти у всех она была (у меня не было)
0
В это время мы были уже достаточно взрослыми, всем было по 15-16 лет, и клички остались в детстве.
0

Добавить комментарий

Войдите на сайт, чтобы оставлять комментарии.
Наверх