Войти
Вход на сайт
Вход через социальную сеть

Охота на зайцев и рябчиков

                                                                                                                       1  

  Первого своего зайца я добыл зимой, когда учился в седьмом классе. В воскресенье, как обычно, только рассвело, а я уже шагал по тракту и прошёл кирпичный сарай. На неделе снег подсыпал каждый день и вот только ночью закончился. Все деревья и кусты стояли в новом зимнем убранстве, одетые в белые шубы и шапки. Ветер не успел ещё растрепать их зимний новый наряд. Я шагал по пушистому снегу, не слыша своих шагов. Дорога ещё не была почищена. По такому снегу хорошо подходить к косачам и куропаткам, думал я.

  Пройдя кирпичный сарай, я поднимался всё выше по тракту на пригорок, поглядывая по сторонам. В то время слева и справа от тракта были красивые березовые перелески с полянами и небольшими участками вспаханной земли. Здесь рабочим из леспромхоза давали по десять соток для посадки картошки, а мы – ребятня из начальных классов жарили её на костре в период копки, искали в перелесках подберёзовики и подосиновики, выкапывали из земли луковицы лилий и ели их, а также спускались на молоденьких берёзках, влезая на них до макушки. А сейчас я раздумывал, куда же свернуть для охоты на косачей, которые после сытного ужина на берёзах, питаясь берёзовыми сережками, срывались с деревьев на полянки и зарывались в снег на всю ночь.

  И тут я увидел совершенно свежий след зайца, который неторопливо проскакал через дорогу, оставляя после себя на снегу чёткие следы в три лапы - одна около другой. За кюветом дороги в молодых побегах осины он вообще остановился и решил, видимо, перекусить любимым лакомством, откусывая вершки побегов.

  Я беззвучно продвигался по следу зайца, вглядываясь во все кустики, пригодные для его лёжки. Буквально, в двадцати метрах от дороги впереди себя я увидел, что заячий след внезапно кончился. Для меня этот приём зайца был не нов, об этом я читал в книжках. Так заяц решил уйти со своего следа перед лёжкой. Так оно и было сейчас. След его возобновился в полутора метрах справа.

  Свежий снег лежал шапками на склонившихся кустах, образовавших настоящие туннели и увидеть, что творится под ними было невозможно. Я неспешно продвигался по лесу, пушистый свежий снег полностью глушил скрип старого снега и шорох моей одежды о кусты. Я понимал, что заяц должен сидеть где-то совсем близко. Ружье у меня было готово к выстрелу.

  Заяц выскочил всего в полутора метрах от моих ног. В метрах двадцати он остановился и стал прислушиваться, высоко подняв свои огромные уши, и осматриваться по сторонам, вставая на задние лапы. Я прицелился в голову, чтобы не испортить тушку зайца, и выстрелил. Тот сорвался с места и, пробежав метров пять, завалился на бок. У меня мелькнула уже было мысль, что я промазал, так как заяц то и дело вставал на задние лапы. Приготовившись добрать подранка со второго ствола, я стал подходить ближе, но стрелять не пришлось. Заяц завалился на бок и только конвульсивно дрыгал задними ногами, а скоро и совсем затих.

  Осматривая тушку зайца, я нашел всего одно попадание крупной дроби в область спины. Да, вероятность промаха из-за моего желания «не испортить шкуру зверя» была велика.

  Довольный своей добычей, я отправился поискать косачей. Пушистый свежий снег всё же не обеспечил мне подход к косачам на верный выстрел. Косачи, сидя в снегу, далеко слышали хруст старого снега и вылетали из своих ночных укрытий на безопасном для себя расстоянии.

  Подняв за утро из снега несколько косачей на предельной дальности, находившись вдоволь по тихому молчаливому зимнему лесу, в приподнятом настроении я отправился домой. За плечами у меня лежала добрая добыча даже для бывалого охотника.

                                                                                                                     2

  Следующего зайца я добыл также глубокой зимой на опушке молодого березняка, который стеной рос на заброшенной пашне у Большого Еткула. В этом лесочке обитало иногда несколько зайцев. Об этом можно было судить по крепости и ширине троп, которые они набивали на снегу. Тропы пересекали весь лесок вдоль и поперёк. В некоторых местах на тропу можно было встать и не провалиться.

  Утренний морозец пощипывал щеки и хватался за пальцы рук, которые периодически надо было отогревать в карманах. Перчатки плохо защищали от десятиградусного морозца. На востоке уже поднялось солнце, освещая белесую дымку над Большим Еткулом.

  Я подходил к березняку, намереваясь обойти его по периметру. Здесь всегда по утру можно было поднять из снега косачей, которые наклевавшись к вечеру на старых берёзах серёжек, на ночлег устраивались здесь же на ближайшей полянке. До березняка оставалось метров сто. Стали попадаться пучки сухой травы, которые остались торчать среди отдельных молодых елочек и сосёнок из-под снега на муравейниках. И тут среди старых заячьих следов вижу совсем свежий утренний след зайца. Снег легко осыпался с краёв следа. Заяц, как видно, не первый раз прибежал сюда отведать листочков засохшей травы.

  Весь во внимании, очень медленно и осторожно я стал петлять по заячьему следу. Посматривая вперёд по направлению следа, я обратил внимание на маленькую ёлочку, которая с боков была занесена снегом, а снег, свалившийся с её кроны, дополнительно создал по обводу кроны бруствер.

  Осторожно ступая по снегу, без излишнего хруста, я приблизился к этой ёлочке метров на сорок. Следы зайца вели прямо к ней. Сомнений не оставалось, заяц сидит под этой ёлочкой. И тут, в подтверждение моим мыслям, замечаю заячьи уши, которые как перископы, выглядывают из укрытия, отслеживая моё передвижение, поворачиваются то влево, то вправо на небольшой угол. Самого зайца не видно, он сидит за бруствером снега.

  - Что делать? Поднимать зайца с лёжки или стрелять по ушам с принижением крупной дробью, – обдумывал я свои действия, приведя ружьё в полную готовность к выстрелу.

  Помня заячью прыткость, с которой он может сорваться с лёжки и улепетывать от охотника на неимоверной скорости, как это уже было со мной и Витькой П. на Братской Горе. Заяц смог убежать от нас прямо из-под ног. Я выстрелил зайцу между ушей с небольшим принижением в готовности к выстрелу со второго ствола, но этого не потребовалось. Крупная дробь пробила навал снега перед зайцем.

  Обойдя березняк и не встретив больше свежих заячьих следов, я пересёк болото и прошёл несколько километров вдоль ельника, росшего по краю болота. Здесь я обнаружил тропки колонков.  У меня сразу созрел план добычи их в этих местах. В ближайшее воскресенье я и осуществил его.

  Домой я возвращался в приподнятом настроении. За плечами у меня опять была достойная добыча для подростка.

                                                                                                                      3

  Кончался октябрь. Землю подморозило, но снежный покров был ещё слабым и неустойчивым. Выпавший ночью снег на открытых местах быстро «съедало» ещё пригревающее солнышко. И вот опять в ночь на воскресенье землю накрыл свежий снежок в четыре-пять сантиметров. С рассветом я направился в ближайший лес побродить с ружьём. Вспомнилось, как здесь ещё в пятом классе с Васькой М.  ставили несколько петель, но проволоку взяли слишком тонкую, заяц её открутил и сбежал. Петли после этого сняли и больше не ставили, так как заяц в этом месте видно был один и тот после этого случая с глубоким потрясением поменял место «жительства». На следующий год здесь прошёл лесной пожар. Весь подлесок и ягодники выгорели. Лес стал необитаемым. Отдельными островками растительность всё же уцелела от пожара и за годы расширилась.     

  В этом лесочке сохранились уступы, как на береговой черте после спада уровня воды. Здесь в древние времена был берег большого озера, а остался только Малый Едогончик. До пожара эти бугры были сплошь покрыты брусничником и кустиками голубики. Сюда в урожайные годы ягод собиралось большое количество рябчиков. Вот и сейчас на моих следах то тут, то там проступают алые пятна от раздавленных ягод.

  - Надо осмотреть этот лес. Возможно где-то кормится выводок рябчиков? – подумал я, поглядывая по сторонам, отыскивая следы птиц.

  На склоне древней дюны мне попался свежий след, но не рябчика, а зайца, который куда-то торопился, оставляя после себя следы после больших прыжков. Возможно, что это я и поднял его где-то с лёжки и он устремился к ельнику у М.Едогончика. Следуя за ним по тропке, протоптанной, пасущимся здесь летом, домашним скотом, я увидел на стволе молодой сосенки остаток петли, а следы зайца показали, что он тут как-то крутнулся и дальше побежал в сторону уцелевшего от пожара лесочка. Было понятно, что заяц попал в старую петлю и без усилий оторвал её, но она осталась на его теле и сейчас сковывает его движения, так как прыжки у него стали получаться гораздо меньше чем прежде.

  Продолжая преследовать зайца, я за холмиком услышал звуки какой-то возни. Взяв ружьё на изготовку, пригнувшись, я стал подходить на шорох. В метрах двадцати от кустика голубики, за которым слышался шорох, я выпрямился во вес рост и увидел, что заяц, кувыркаясь, то становится на ноги, то заваливается и поднимает кверху задние лапы, как будто он опять попал в петлю. При очередном подъёме зайца на ноги, я выстрелил в него, целясь в голову.

  Осматривая добытого зайца, мне стали понятны его странные движения за кустиком. Заяц затянул петлю себе на передних лапах и после, крутнувшись, легко оторвал её от дерева. Однако прыжки ему легко удавались только на чистом месте, забежав в кустики, он тут же зацепился связанными передними ногами за них и уже не мог освободится.

  Походив по лесу и подняв несколько рябчиков, я понял, что мне к ним на выстрел не подойти. Они после подъема с земли или сразу скрывались далеко в лесу, или хоть и садились, но на выстрел не подпускали. Видно, это были рябчики, к которым уже много раз хотели подкрасться, а может уже и стреляли по ним. Так, что добычей у меня остался только ещё один очередной заяц.

                                                                                                                            4

  В то зимнее утро я шёл вдоль ключа, заросшего ельником. Мне вспомнилось, как ещё совсем мальчонкой, меня взяли на поле отец с моим старшим братом Ваней. Они сеяли для лошадей овёс, а я ходил сюда с бидончиком за ключевой водой. У родниковой ямки под большой елью, набирая воду, я обнаружил отпечатки от совсем маленького копытца. И мне стало страшно, от того, что тут и волк может быть, как в той басне Крылова про волка и козлёнка.

  Погруженный в свои воспоминания, я набрёл на свежий след зайца. По петляющим по берёзовому лесочку следам я понял, что зайчишка рано утром здесь завтракал. Чтобы выяснить, где залёг он на дневной отдых, в этом березовом лесочке, примыкающем к ельнику, или в самом ельнике, я пошёл в обход, чтобы не создавать лишнего треска, пробираясь по лесочку. И тут я увидел, что не так далеко на лиственнице сидят три косача и, наверняка, наблюдают за мной.

  Чтобы подойти на выстрел к косачам, надо постоянно за что-то прятаться. Для этой цели я решил попробовать ёлку, которую нёс в руке впереди себя, как бы прячась за неё. Но видно это были умудренные жизненным опытом птицы. В данном случае маскировка мне не помогла. Они сорвались с лиственницы ещё за пять десятков метров. Ничего не оставалось делать, как вернуться и выследить, где залёг заяц.

  Положив ружьё на левую руку, я вышел опять на след зайца. И только спустился в ельник, как прямо из-под ног у меня выскочил заяц. В ситуации присутствовала конечно неожиданность, я не успел среагировать, но и мелкий ельник не давал должного обзора. Заяц в один миг скрылся в непроглядной чаще леса. Но почему-то ему не понравилось петлять, убегая от меня, по трудно проходимому ельнику. Он пересёк ключ и вышел в довольно редкий смешанный лес. Здесь заяц, решив залечь под маленьким кустиком на хорошо просматриваемой вокруг местности, сделал свой коронный прием ухода со своего следа, прыгнув более метра в сторону. Что могло побудить зайца, залечь под кустик на открытой местности. Только одно: испуг который он пережил на лёжке в ельнике. Ещё шаг и я бы наступил на него, а он до последнего момента не мог видеть своего противника, чтобы своевременно среагировать бегством.

  Из своего нового укрытия зайчишка ещё за несколько десятков метров обнаружил за собой погоню и в этот раз своевременно дал дёру, но уходить из уютного лесочка, как стало в дальнейшем видно по его действиям, он не собирался. Сделав полукруг, он опять спустился в ельник, где ловко можно скрываться и уходить от погони хищников.

  Преследуя зайца, я опять оказался на своих следах. Заяц тоже бежал не рядом с моими следами, а, не боясь, прыгал прямо на них. Отпечатки от его лап, в некоторых местах нашей совместной тропы, были прямо на моих следах. Я стал думать, как же перехитрить зайца:

  - Остаться на следе и подождать? Но заяц, не слыша погони, может просто остановиться или сойти с круга.

  И тут я увидел совсем рядом с нашей тропой старую петлю, которую кто-то поставил на следах зайца в начале зимы, а может и прошлой зимой, но не затянул, что могло привести к бесконтрольной гибели зверька. Найденная петлю я установил на нашей с зайцем тропе между кустиками, а сам продолжил преследовать зайца.

  Солнце уже село и в лесу сгустились сумерки. Я уже и не надеялся на удачный исход своей затеи, но заяц, убегая от меня, пошёл на третий круг. Подходя к месту установки петли, я услышал какую-то возню в кустиках. Кувыркаясь, заяц стремился освободится и это ему скоро удалось бы, так проволоку петли сильно поела ржавчина. Выстрелом я добрал зайца. И опять у нас дома была тушёная картошка с зайцем приправленная свиным салом.

                                                                                                                            5

  Несколько дней новогодних каникул мне посчастливилось провести на кордоне лесника, куда нас пригласил Леня Д. Отец его работал лесником в урочище Иинск. В компанию вошли ещё двое ребят: Коля Н. и Толя К.  На кордоне сохранились дом и дворовые постройки от некогда стоявшей на этом месте деревни охотников и рыбаков с одноимённым названием.

  Январским утром одетые в шубы, мы завалились в сани и покатили по снежной скрипучей дороге. Конь отца Лёни быстро довёз нас до места. Дом лесника на вид был добротным жилищем, но зимой в нём давно никто не жил. Мы оказались первыми зимними жильцами после длительного перерыва.

  По приезду напилили дров, натопили в доме печь, а коня определили в хлев, задав ему сена и напоив его водой. Вдоволь надурачившись и сытно с дороги поев, мы, завернувшись в шубы и завалились спать. Но на всю ночь тепла в доме не хватило. Дом оказался дырявым. Между брёвен в отдельных местах зияли щели. В одну такую щель я увидел даже звёзды. Сухой мох и паклю возможно со временем из пазов на свои гнёзда повытаскивали птицы. В общем, пришлось опять хорошо до жару топить печь, чтобы тепла в доме наверняка хватило до утра.

  Рано утром отправились на охоту за реку, но отшагав порядком по краю болотины, пришлось вернуться назад. Наши надежды на встречу в этом месте свежих следов косуль и проведение загона не оправдались. Выйдя к домику, мы разошлись по лесу.

  Обследуя совсем недалеко от кордона ельник, я наткнулся на огромные следы рыси, которая, видимо, выслеживала зайцев. Их следов здесь тоже было много. Зная о повадках рыси, прятаться и подкарауливать свою жертвы в мохнатых кронах больших елей, я обошёл вокруг нескольких огромных елей, которые сомкнулись своими ветвями в единую крону, и понял, что рысь спряталась где-то наверху в них. Свежих следов рыси, покидающих этот участок ельника, я не обнаружил. После этого умозаключения мне больше не захотелось обследовать дальше этот дремучий ельник. Я ещё некоторое время пытался разглядеть хоть что-нибудь в ветвях этих старых елей, но солнце уже начало садиться и надо было поскорее убираться от места обитания рыси восвояси.

  Рысь редко нападает на людей, но когда она большая и голодна, то от неё можно ожидать всякое, а величина следов рыси здесь была с мою ладонь.

  На следующий день, разделившись по двое, вышли в лес. Я с Колей пошли искать зайцев и рябчиков. На охоту же на рысь не решились, так как без собаки это занятие бесполезное и не безопасное. Мне пришла на ум идея поискать рябчиков в зарослях черёмухи на острове. Ещё в детстве, когда мы ходили кататься на коньках на реку, то вырезая клюшки для игры в хоккей, часто находили целые грозди засохшей черемухи и боярышника и, конечно, поедали их. Этот остров был мне знаком по летней рыбалке и был он не так далеко от кордона.

  Как только мы залезли в чащу острова, то сразу подняли выводок рябчиков, которые, фыркая крыльями, поспешили скрыться в глубине острова.

  - Так дело не пойдёт. Рябчики так и будут улетать от нас. Их надо закружить, как говаривал один дедуля.- подумал я. И быстро по льду протоки обежал перелетающих с куста на куст рябчиков и опять тихонько зашёл на остров. Почти сразу близко от меня на куст сел рябчик и, конечно, стал первой моей добычей.

  После этого я ещё раз обогнул по льду протоки улетевших от меня рябчиков. И опять мой обманный маневр оказался успешным. В мешке у меня оказался второй рябчик. Ружьё моего напарника молчало. На него не вылетел ни один рябчик даже после моих выстрелов. Возможно он шел по кустам совсем не маскируясь, много создавая шума и без обманных манёвров. При повторном осмотре острова, оставшиеся рябчики нами не были обнаружены. Возможно они попрятались в кронах елей, или просто улетели дальше на другой остров.

  Третий день совместной охоты уже с Лёней тоже не дал результата. Пройдя по лесу в направлении Посадов и не обнаружив свежих следов косуль, мы вернулись на кордон. До вечера ещё было время и я решил обойти, буквально за огородом, мелкий березняк. Здесь я встретил настоящие крепкие заячьи тропы. В надежде поднять отдыхающего зайца, я стал ходить по заячьим тропам, но не добившись успеха, вышел к огороду и направился напрямки на кордон. Солнце уже опустилось за лес и вот, вот наступят сумерки. И что тут я вышел на совершенно свежий неспешный след зайца, который вел к небольшой болотцу, заросшему кустиками. Возможно, я всё же в каком-то месте лесочка и поднял зайца, который решил переждать погоню в этом болотце.

  Подойдя ближе к болотцу и окинув его взглядом, я не обнаружил следов зайца на другой его стороне. Болотце заросло мелкими кустиками и травой, наваливший снег образовал здесь надежные укрытия от лишнего глазу, а торчащая из-под снега трава могла послужить хорошим кормом для зайца.

  - Значит заяц затаился в болотце. – рассудил я.

  Подготовив ружьё к выстрелу, я стал медленно крадучись двигаться по следу. Я двигался, видно, так тихо, что заяц, выскочив со своей лёжки, сделал лишь несколько прыжков, а дольше стал неспешно попрыгивать, удаляясь от меня. До зайца было не более двух десятков шагов и чтобы не портить тушку зайца, я прицелился ему между ушей.

  Так я успешно добыл очередного зайца. Ребятам повезло меньше. Добычи у них не оказалось.

  Примечание - фото взято из компьютера. 

Голосовать
Комментарии (5)
Казахстан, Актобе
13181
Без траты слов поставлю лучше звезды...
0
Пермь
7735
В школьные годы, первого зайца поймал капканом, но так красиво не описать.
Хорошие рассказы.
0
Сумы
996
Как мне это близко...... и березки с которых спускались держась за самую макушку, и клюшки вырезанные из черемухи, а мы их резали и из клена, и акации.... Спасибо, Виктор!....+++
0
Станция Акчурла
8124
Ловко петлей зайчишку сострунил...
0
СПАСИБО ЗА ПОДДЕРЖКУ И БЛИЗОСТЬ К МОИМ МЫСЛЯМ О ДАЛЁКОМ ПРОШЛОМ ...
0

Добавить комментарий

Войдите на сайт, чтобы оставлять комментарии.
Наверх