Охота на лис и пушных зверей (по Сабанееву)

Охота на лисиц в одиночку во время течки

Охотник рано утром идет на ходких лыжах полями, осторожно высматривая лисью свадьбу. За самкой ходит от одного до пяти и даже более самцов, но сильнейший держится непосредственно возле нее, отгоняя зубами на почтительное расстояние прочих кавалеров. Охотнику далеко нелишне иметь с собой хороший бинокль. Если лисицы на ходу, то человек с хорошим зрением видит их безошибочно версты за две, но если они лежат, то он легко может их пропустить и на близком расстоянии, приняв за камни, кустики и т. п. Бинокль тут сильно помогает, и охотник может разглядеть в него всякое темное пятнышко, выделяющееся на снегу.

Увидя лисиц, охотник должен осторожно, на большое расстояние, зайти к ним по ветру (чтобы ветер дул от охотника на лисиц), по возможности не теряя их из виду. Если лисицы на ходу, то он может заметить которая из них самка: она держится постоянно впереди самцов и вообще это легко замечается, как и при свадьбе собак. Зайдя по ветру, охотник должен быстро катиться прямо на лисиц, не спуская с них глаз. Когда лисицы его заметят, то происходит замешательство, они останавливаются и глядят на приближающегося человека. Самка неизменно первая начинает удирать, иногда за ней следует и один из самцов, другие же бросаются в разные стороны.

Здесь от умения и быстроты охотника зависит дальнейшая удача: если он не ошибется и быстро начнет преследовать именно самку, то скоро отшибет от нее в сторону последнего самца и опять должен гнать самку, причем ни в каком случае не должен затирать ее следа, держать от него стороной шагов на 20—30. Чем далее он угонит самку,— тем лучше, но никак не менее версты. Наконец, выбрав удобное место для засады, охотник садится за полным прикрытием, взводит курки и ждет.

Самцы через некоторое время, весьма короткое, впрочем, возвращаются на то место, где они были отбиты от самки и бегут ее следом, обыкновенно во весь мах, перегоняя друг друга, и набегают на охотника на весьма близкое расстояние. Охотник, сосчитав предварительно, сколько было самцов при самке, знает скольких он может ждать. Обыкновенно первым набегает самец, ушедший первоначально с самкой, а за ним, через некоторое время,— остальные, на коротком друг от друга расстоянии. Впрочем, на этой охоте более как по двум самцам стрелять не приходится, ибо остальные, хотя и не находятся во время выстрела в виду, но слышат выстрел и делаются осторожными. Ружье заряжать надо на эту охоту крупной дробью.

Ружейная охота с гончими на лисиц

Лисица, как и заяц, по природе «местовой» зверь и ее округ, хотя и превосходит большей частью величиной округ зайца, но всегда доступен для охоты с гончими пешего ружейного охотника; приблизительно самый большой округ лисицы бывает настолько обширен, что, задавая под гончими круг, она уводит из их слуха охотника, но на самый короткий промежуток времени. Такие большие округи встречаются только или в совершенно чистых местах, или в сплошных лесах. Однако кружится лисица, на маленьких или больших, но правильных кругах под гончими, только если гончие гоняют, хотя и азартно, но ровно; паратость имеет влияние только на величину неправильность круга; под пешими гончими лисица способна кружиться в каких-нибудь пяти десятинах заразистого места чуть не целый день и так как преследование пеших гончих ей неопасно, то круги ее бывают самые неправильные. Чем паратее гончие, тем лисица задает большие круги, но в тоже время они делаются правильнее и, хотя она чаще вырывается из отъемов, но также чаще, пробежав известный круг, уже ходит старым следом. Второе и самое главное условие, чтобы лисица кружилась под гончими на маленьких или правильных кругах, это — чтобы во время гона она не была бы испугана. Насколько она мало боится правильного гона одной или нескольких гончих, настолько же пугается всякого другого подозрительного звука или встретившегося предмета. Достаточно, чтобы в стае был один перечун, чтобы сбить лисицу с правильных кругов, достаточно ей услыхать неосторожную походку человека или его голос, не говоря о выстреле. В островах крепких, болотных, густо поросших камышом и лозою, лисица ходит на кругах всего дольше, почему охота на нее легче, чем в лесу и нет надобности занимать лазы далеко впереди от того места, где брошены собаки.

Величина кругов лисицы под гончими зависит не только от местности и быстроты, с которой идет преследование, но также и от некоторых других причин. Так, лисицы «нагоненные», то есть часто подвергавшиеся преследованию гончих или уже стреляные из-под них, всегда сразу идут на больших кругах, а то так, с первого же гона, бросаются прямо, уводя гончих более или менее далеко и только после того, как минует опасность, возвращаются в свой округ.

В сильный мороз, сковавший землю, и в сильный густой туман лисица всегда задает большие круги, чем при другой погоде, а самые маленькие бывают в сильный ветер или поздней осенью, в серые глухие дни поздней осени. Это объясняется тем, что голоса гончих плохо тогда слышны, и гонная лисица беспрестанно останавливается, чтобы прислушаться, а по общему правилу, после каждой остановки, непременно уже изменяет направление бега. В туман сравнительно большую величину кругов можно объяснив тем, что лисица не боится покидать лес, сознавая, что и на открытом месте она надежно скрыта туманом. Кроме того, в очень сильный туман всякий зверь плутает и попадает часто не туда, куда хотел.

Всего удобнее для охоты ходит лисица в ровной местности, в хороших, средней величины и заразистых отъемах; всего «не аккуратнее» в гористой и овражистой местности. Дело в том, что в горах сильное эхо и отголоски, которые пугают лисицу: она в одно и тоже время уходит от преследующих ее гончих и пугается отголосков. Как известно, в горах часто не слышно самих гончих, но слышно эхо их гона и этому эху повинуется гонная лисица, которая поэтому нередко бросается навстречу гончим или внезапно круто изменяет направление, повинуясь испугу, причиненному вдруг раскатившимися, впереди или сбоку, отголосками. Но сами по себе круги лисицы в горах невелики: обыкновенно они ограничиваются одной лесистой горой, вокруг которой лисица и водит гончих, или, если на известном пункте горы отголоски особенно сильно слышатся впереди лисицы, она переходит на другую гору и с нее, задав круг, обыкновенно старым следом, возвращается обратно. Но это бывает реже; чаще, от раздавшихся впереди сильных отголосков, лисица бросается прямо в гору и переваливается на другую ее сторону и там поворачивает опять вокруг той же горы, смотря по тому, откуда слышны голоса гончих, и конечно, в противоположную сторону от них.

Охотясь с пешими гончими, надо быть более осмотрительным, больше обращать внимание на направление ветра, зорче поглядывать по сторонам и лучше затаиваться, ибо лисица под такими гончими бежит и тише и осторожнее, делает частые повороты и является нередко совсем не с той стороны, откуда ее ждет охотник; поэтому, охотясь с пешими собаками, надо хорошо изучить привычки лисицы, чтобы замечать ее прежде, чем она заметит засаду. С паратыми гончими охота на лис вернее и проще: лисица, пре-, следуемая быстро, не может быть так сторожка, а поэтому она сравнительно редко появляется в виду охотника не настоящим лазом; паратые гончие верно указывают ее ход и охотник, наверное, выжидает зверя из-под них, зная, что он не мог значительно взять переда, особенно на втором или третьем кругу, когда первый испуг лисицы миновал. Кроме того, в случае неудачного выстрела гон не прерывается, а с пешими испуганная или легкораненая лисица успеет удрать за версту, а то так и гораздо дольше, прежде, чем они доберутся до места выстрела.

Независимо же от того паратые или пешие гончие предпочтительней для этой охоты, что, после местных условий, вполне зависит от личного вкуса охотника; остальные качества гончих, необходимые для правильной охоты, остаются всегда и везде неизменными. Но для настоящей лисьей охоты мало того, если гончие только гонят по лисице, — необходимо, чтобы они ее предпочитали зайцу и чтобы охотник был вполне уверен в том, что поднятая лисица не будет ими променена на подвернувшегося зайца.

Количество гончих для лисьей охоты зависит от достоинства красногонов, но общее правило, — чем меньше, тем лучше. Самая добычливая охота бывает с одним красногоном, но гончих, которые были бы годны для такой одиночной охоты, очень мало. Красногон, с которым возможна одиночная охота, должен быть в высшей степени чутьист, обладать звучным, но невысоким голосом, лучше не частым, а мерно-редким; он должен быть умен и привычен к ходьбе охотника, так чтобы ему не надо было подавать голоса: он сам должен сообразовать свой поиск с направлением охотника, которое он узнает, перебегая по временам его след. Все хорошие ружейные гончие обладают широким круговым поиском но одиночный красногон должен искать на особенно больших кругах, примерно около версты. Большей частью приходится охотиться с несколькими гончими, но ни в коем случае их не надо более пяти-шести смычков; в такой стайке состав должен быть безукоризненный; если хоть одна гончая даже слегка перечит, т. е. просто идет не в куче, а немного стороной, если гончие валятся к гону с голосу или небезукоризненно дружны, — удача сомнительна. В стае гончим работать относительно стройности гона легче на том основании, что недостаток или промах одной пополняется и исправляется другой; гон идет ровнее, меньше бывает сколу и перемолочек, наконец, несколько гончих, ищущих на широких кругах, живее натекают на свежий нарыск или по ветру на залегшую лисицу; к тому же стаей все гончие гонят паратее и задорнее, что веселит охотника.

По лисице всякие гончие, если только гонят, то гонят непременно стройнее, чем по зайцу; поэтому для гончих на лисьей охоте погода имеет меньшее значение, чем на заячьей; в удобную для чутья и гона погоду и по лисице гончие гонят, конечно, лучше, но и в такую, в которую гон по зайцам совершенно не клеится, по лисице гонят настолько удовлетворительно, что охота бывает возможна.
В очень сырую и даже мокрую погоду или в сильный и сухой мороз, одни и те же гончие не держат зайца и гонят хорошо по Лисице; то же самое и в «пестрое поле», т. е. когда снег местами стаял, только отличные гончие гоняют хорошо по зайцам, а лисицу держат и посредственные. Однако погода имеет большое значение для охотника. Туман — самая неудобная для охоты погода, ибо охотник не может рассчитывать на сколько-нибудь правильный ход лисицы; неудобен в высшей степени и сильный ветер, который относит голоса гончих, так что охотник или вовсе их не слышит, или часто теряет из слуха направление гона, а при таких условиях нельзя верно выбрать засаду. В сильный мороз охотиться тоже плохо, в особенности с пешими гончими, ибо лисица ходит на слишком больших кругах. Тем, что в неудобное для гона по зайцам время гончие могут гонять по лисице, можно пользоваться иногда для охоты по ней, если имеешь не слишком надежных красногонов, сбивающихся по зайцам, но это удается только в незайчистых местах.

Охота с гончими по лисицам в общих чертах совершенно сходна с ходовой охотой по зайцам, но здесь всякий лишний человек, а особенно если он не из толковых охотников, безусловно мешает; каждый лишний шаг, сделанный охотником, может сразу испортить все дело, так как лисица, даже наткнувшись на его след, непременно изменяет свой ход и ни за что уже не пройдет там, где зачуяла опасность. Поэтому раз занятую засаду, если окажется, что она выбрана неудачно, следует оставлять, когда гон значительно отдалился, — без шума, лучше всего шагом, и по возможности стараться не пересекать хода лисицы. Если лаз надежен и лисица только долго не бежит на него, то всегда выгоднее выждать зверя и не менять места. Занимая засаду, необходимо принимать во внимание направление ветра и всегда становиться так, чтобы он не наносил запаха охотника на предполагаемый лаз или встречный путь лисицы. Надо непременно прятаться за куст, дерево или камень, главное — необходимо скрываться по грудь, ибо лисица, как и волк, смотрит по низу. Лучше становиться на опушках или лесных прогалинах, выбирая по возможности такие места, с которых хорошо видно доступное выстрелу пространство, и избегать зарослей, где нетрудно прозевать лисицу в нескольких шагах. Впрочем, если у охотника хорошо развит слух, то он может услышать ее бег, особенно поздней осенью по опавшему листу.

Сама охота производится следующим образом: утром, спустя час или два по восходу, когда роса пообсохнет или сойдет иней, охотник с гончими на своре идет к острову или отъему, в котором держатся лисицы; в опушке он размыкает собак и тихо, без порсканья, двигается вдоль опушки. Привычные гончие бегут обыкновенно опушками или полянками, на которых мышкуют лисицы, — в это время они только возвращаются на день в лес, а иногда еще не вернулись в него, и гончие причуивают ее свежий след или начинают гнать по зрячей. В крепком месте гончая добирается по лисе не так быстро, как по волку или козе; в месте не столь крепком лисица менее путает, больше идет прямиком и гончая в одном месте долго не задерживается. По лисе в лесу идет ровный, стайный гон и гончие никогда почти не скалываются. В болоте же и камышах нет такой правильности в гоньбе и бывают перемолчки, а также перехват гона гончими, идущими стороной, на которых сворачивает лиса Первый круг лисица задает обыкновенно опушкой, а потому с первого гона охотник становится в опушку и нередко сейчас же стреляет. Вслед за кругом опушкой лисица начинает кружить или в острове, или задавать круги островом и полем, выбирая открытым местом ложбинки или редкие кусты; часто она ходит под гончими из одного отъема в другой, и этот последний ход бывает самый правильный, так как чистиной лисица ходит одним и тем же местом.

Нередко случается, что разомкнутые гончие натыкаются на зайца и гонят его, но это не беда: лисица мало боится гона, если гончие преследуют не ее, и упорно держится своего округа, а нередко и отъема, только сторонясь от гончих, и если красногоны хороши, то они все-таки бросают зайца, наткнувшись на лисий след. Случается часто, что одну лисицу гончие гонят, а другие, тоже матерые, ходят стороной, сообразуясь с ходом тонной и не уходя прочь. Если не желают, чтобы гончие могли попасть на зайца раньше лисицы, или чтобы они не погнали далеко от охотника их иногда не размыкают, а высматривают лисицу и насаживают сразу на гонный след. Для этого выходят на охоту со светом; один охотник тихо подвигается вдоль опушек и осторожно высматривает, а другой ведет гончих, отставая от первого на сто шагов; конечно, такие поиски «на глаз» возможны только там, где лисиц очень много. Можно также отыскивать мышкующих лисиц с вечера верхом, причем надо принять за правило пугать каждую; следует делать это потому, что набеглую таким образом непременно угонишь, а местовую нет, и на другой день верно идешь с гончими на местовую. Пугать надо не криком, а толкануть лошадь и погнаться за лисицей, конечно, до опушки; местовая этого мало пугается и утром мышкует на том же месте, а набеглая от такой погони удирает без оглядки, чего только и надо. Высмотрев таким образом с вечера, на другой день берут одну или пару гончих и идут с ними на знакомое место.

Верным признаком выводка лисиц в данном месте, если неизвестны норы, служит отсутствие какой-либо молодой дичи как зайцев, так и пернатой, — все переедено еще летом; тут же обыкновенно бывает изобилие сорок, неизменных спутниц лисицы. Сороки своим стрекотаньем даже указывают то место, где лисицы находятся в данное время. Если норы известны, то это хорошее место для засады на молодых лисиц: всего чаще, кружась под гончими, они ходят через норы, и измученные долгим гоном, нередко «норятся», т. е. уходят в норы, что больше случается в сентябре месяце, когда выводок держится еще по соседству нор. Матерые лисицы местами очень часто норятся, так что у некоторых охотников принято за правило, прежде чем бросать гончих, забивать норы камнями, сучьями или хворостом.

В местах не слишком болотистых, не покрытых сплошь лесами, не заваленных валежником и, главное, там, где местные условия позволяли или дозволяют держать псовые охоты, ружейная охота с гончими удобнее и добычливее, если производить ее не пешком, а верхом.

Лисица не любит ходить частым местом, полянами, очень редко пойдет по дороге, но в крепком болотном острове все-таки приходится остановиться именно на полянах, на дорожках, так как в другом месте ее и не увидишь. Становиться на этих полянах, дорожках, следует ближе к опушкам, чем к середине острова. Если в большом отъеме есть пересекающая его широкая поляна, то на ней нужно становиться в самом узком месте. Надежнейший лаз на рассматриваемой поляне будет в той точке, где одна крепь сближается с другой. Если лисице необходимо перейти чистое поле, она старается по возможности отдалить этот момент, почему делает лишний путь крепью. Выходные лазы из острова находятся, конечно, в тех местах, где к нему ближе другой остров. В отъеме, расположенном на ровном месте, лаз — в опушке, где остров вдается мысом в поле, а не наоборот, как у русака. Лисица является на опушке или на первом круге, или же когда намеревается выйти из острова. Вообще выходные лазы — ложбинами, а не буграми, но если остров вдается в поле лесистым бугром, то лисица идет горой, однако, не самым гребнем. В болотном острове лисица ходит где суше и переходит через воду только в крайнем случае и тут, однако, всячески старается не замочить лапок. Когда вода в болоте и ручьи замерзнут, лисица любит ходить замерзшим протоком, представляющим как бы широкую дорогу в остров, и идет по нему, т.е. открытым местом, с версту и более.

При охоте на лисицу в лесу не следует занимать лаз на дорожке. Надо помнить, что лисица подходит к дорожке осторожно и обыкновенно ее перепрыгивает, так что выстрел в этот момент не из легких. В лесу, однако, можно выбрать себе место, с которого видно шагов на 15—20 вокруг. Лисица в крепи менее осторожна, не так высматривает, что делается впереди; подходя же к дорожке, она очень осторожна.

По белой тропе, в начале зимы, при неглубокой пороше, лисица живет в лесу и ходит теми же местами, и лазы ее те же, что по чернотропу (кроме замерзших протоков). Первый круг лиса, однако, делает не так уже близко к опушке, вероятно потому, что в опушке снег глубже и обнаженный лес не препятствует зверю удостовериться в безопасности выходов. В начале зимы, редко в середине, лисица всегда уходит из лесу в поле и охота на нее с гончими почти прекращается, тем более, что она в это время ведет вполне бродячую жизнь. В это время ее следует сначала обкладывать, а потом выгонять из острова на стрелков, при помощи либо кричан, либо гончих.

Необходимо иметь в виду, что лисицы, особенно прибылые, зачастую норятся в свои или барсучьи норы; матерые — только в минуту опасности В северо-западном крае весьма удачно охотятся на лисиц с гончими, хотя и плохими, при помощи прокопченной (неделю в трубе) нитки, которой они окружают на колышках большую часть оступа (острова), оставляя открытыми только сажень 200 со стороны, защищенной от ветра, где и становятся стрелки (2—3)

Охота с собаками на мелких пушных зверьков

Охота эта не требует больших издержек и постоянно приносит хороший доход, если заниматься ею с умением и иметь хороших собак. Для нее требуется одна, но лучше две, хорошо приготовленные собаки. Больше двух не надо ни в коем случае. Обыкновенно употребляют простых русских дворняжек, но лучшие собаки — помесь дворных с крупными легавыми.

Для охоты удобнее собака большая и сильная, чтобы могла сама разрывать норы зверьков. Она не требует особой дрессировки. Надо только, чтобы она на охоте не уходила слишком далеко от охотника и была бы у него на виду. Она не должна бояться воды и должна уметь преследовать зверя вплавь. Когда настанет время охота, стараются найти норку или хорька и дают собаке поймать его и вволю потрепать. Если собака возьмет смело и не бросит зверька, то с ней можно смело идти на охоту. Хорошая собака должна лаять, когда зверек влезет на дерево или куда запрячется, пока не придет охотник. Охота начинается с половины сентября и продолжается до тех пор, пока выпадет глубокий снег или морозы закутают землю так что копаться невозможно. Всего выгоднее охотиться с октября, когда хори, норки и горностаи окончательно вылинивают.

Ружья для этой охоты предпочитаются малокалиберные и короткие на том основании, что заряд в них кладется маленький, и поэтому при выстреле из такого ружья меньше портится шкурка. Стрелять приходится, за малым исключением, не далее пятнадцати или двадцати шагов. С коротким же ружьем ловчее обращаться в частых кустах, в которых обыкновенно приходится стрелять. Немногие охотники, охотясь на норок, берут нарочно сделанные для этой охоты остроги. Остроги эти делаются из толстой проволоки и чрезвычайно остры: они насаживаются на тонкое, легкое ратовище, аршина четыре длиной, и ими бьют норок в то время, когда они плывут под водой.

Самое необходимое оружие после ружья — это небольшой, но крепкий топорик. Носят его обыкновенно, как и всякий топор, за поясом. На охоте он употребляется для перерубания корней, которые то и дело мешают собаке, при раскапывании нор, потому что и хорь и норка живут, за малым исключением, между береговых, размытых водой, корней. Кроме того, если у раскапываемой норы есть заметный для охотника выход, то обухом топора убивают зверька в минуту, когда он покажет голову из свободного от собак выхода. Норка живет круглый год около воды, в кореньях прибрежных кустов и деревьев и под нависшим дерном подмытых берегов, ручьев и речек. Хорек живет в тех же местах, где норка, и в кучах камней, собираемых с полей, а также часто селится в строениях, под полами сараев, амбаров и даже крестьянских изб, одним словом, там, где водится больше мышей, составляющих его главную пищу. В особенности хори любят жить осенью под пнями срубленных деревьев и по лесным порубкам, если они находятся рядом с яровыми полями и каким-нибудь ручьем. Горностай живет в тех же местах, где и хорь, а также и в таких, где хорь не имеет физической возможности поселиться. Например, он чаете подолгу проживает на деревьях и в старых вороньих гнездах.

Охота за этими зверьками производится таким образом. Охотник, рано утром, с собаками, ружьем и топором за поясом, отправляется к какой-нибудь речке, и не торопясь, идет ее берегом. Собаки, переходя то на один, то на другой берег, обнюхивают 1|усты и берега. Где вдоль самой воды есть жидкая грязь, охотник останавливается и старательно ее осматривает, нет ли на ней следов. По временам он подзывает собак и заставляет их обнюхивать какую-нибудь норку или куст, который, по его мнению, заслуживает особого внимания. Если собаки найдут нору, они вдруг завиляют хвостом, начнут лаять и порывисто рыться. Охотник, вырубив тонкую палку и отстранив собак, начинает совать ее под пень; только что он ее засунул, так слышится стрекотанье хорька и рука чувствует, как зверек злобно хватает и грызет палку. Привычные собаки, насторожив уши, бегают вокруг и зорко сторожат выходы. Наконец, палка донимает хорька и он, напоминая комок черной шерсти, вылезает и, не быстро перепрыгивая, бежит по лугу. Тогда охотник быстро стреляет, целясь в голову, чтобы убить наповал и не испортить шкурку. Если хорь найден собаками в куче камней, то охотник ее разбирает по направлению, которое указывает собака, и выгоняет хорька, или убивает его в самой куче, что бывает чаще, так как хорек не любит покидать своего убежища и держится до последней крайности.

Дробь для этой охоты употребляется самая крупная, номера первого или даже нулевого. Сравнительно с зарядом пороху, дроби кладется очень мало, потому что малым зарядом дроби меньше портится шкурка.

Охота на лисиц по первозимью скрадыванием

Эта охота производится не иначе как в одиночку: двое или несколько охотников скорее помешают друг другу, чем помогут делу.

По первым мягким порошам лисица еще не пуглива; даже видя издали человека, она нередко не убегает, а затаивается, вытягиваясь и плотно прижавшись к земле; если же и испугалась она и пошла наутек, то всегда недалеко, и первый писк мыши заставляет ее мгновенно позабыть недавний испуг. Среди дня, большей частью, лисицы лежат чаще где-нибудь в заросли или в лесу, по утрам, часов до десяти, и к вечеру, смотря по погоде, раньше или позже, все они на добыче — в полях и логах, в опушках, ходят известной плавной и тихой рысцой, почти никогда не держась, как волки, прямого направления, а найдя «мышастое» место, кружатся на нем по нескольку часов сряду. Своей охотой за мышами лисица увлекается в высшей степени и в это время очень невнимательна ко всему, что происходит около; охотник пользуется этой невнимательностью и, если умеючи воспользуется условиями местоположения, а главное, при скрадывании, не забудет направления ветра, то часто подбирается к мышкующей лисице на выстрел дробью. Не забыть направление ветра — главное условие всякой охоты на чуткого зверя, какова и лисица. Но для полной удачи на этой охоте охотнику следует быть одетым в платье цвета, сливающегося с общим цветом той местности, где происходит охота; лучший цвет — светло-серый; можно охотиться и в белом, но последний слишком выделяется на фоне кустов или леса, и нередко поэтому оказывается не совсем удобным; черный цвет, безусловно, негоден.

Отправляясь со светом, охотник осторожно высматривает мышкующую лисицу и, не показываясь ей, начинает скрадывать, пользуясь всевозможными и натуральными прикрытиями; однако он должен все время зорко следить за действиями лисицы; бывает сплошь и рядом, что сама лисица постепенно подвигается по ветру; в таком случае охота значительно упрощается. Охотник издали осторожно заходит на путь лисицы, выбирает удобную засаду за кустом, камнем или межой, наконец, за неровностью почвы, и затаивается, выжидая лисицу на выстрел.

Значительно труднее, когда лисица движется против ветра; зайти нельзя — почует, приходится действовать активно, скрадывая вдогонку; тут часто приходится, пользуясь надежным прикрытием и безопасным расстоянием, быстро бежать к лисице. Но по мере приближения необходимо двигаться очень осторожно, находясь непременно за прикрытием и замирая на месте, когда лисица останавливается слушать. Если она заслышит или завидит человека, то все труды пропали,— она бросится вскачь, и когда-то еще остановится, да и раз испуганный зверь уже делается вообще более сторожек.

Скрадывая вдогонку лисицу, не следует на долгое время спускать ее с глаз, иначе как раз ошибешься и угонишь ее зря; часто лисица, мышкуя, возвращается своим же следом, а потому, как только охотник заметит, что лисица повернула на него, он должен немедленно застыть за первым удобным прикрытием, и ожидать ее на себя. Стрелять приходится на этой охоте и близко, и далеко,— все зависит от случая и ловкости охотника, но без сомнения охота бывает несравненно удачнее, когда охотник довольно хладнокровен, чтобы употреблять не дробовик, а меткую винтовку, ибо насколько трудно скрасть лисицу на выстрел дробью, настолько же легко подобраться к каждой шагов на 100—200, т. е. на охотничий винтовочный выстрел.

Охота эта производится не только утром, но и после обеда, вообще, когда можно увидать лисицу.

 

голосов: 0
просмотров: 6671
31 января 2009

Комментарии (0)


Добавить комментарий

Войдите на сайт, чтобы оставлять комментарии.
Наверх